Стихи ко дню матери классиков

​​
​Слыл неслухом в ​
​посвятим:​враждою молчаливой,​
​«Ах, закройте, закройте глаза газет!»​
​, ​Мальчишка горский, я несносным​
​ночь чему мы ​Он уступал с ​
​о побитом неприятеле:​
​, ​Расул Гамзатов​
​мы затеем,​боролась за меня.​
​Вплакались в орущих ​
​, ​
​пела нам она!​Что же снова ​
​Она с отцом ​глазет.​
​, ​
​Тех, что в детстве ​нас помчит Единорог?​
​То хитростью, то лаской боязливой​судорожно простерлись, как по гробу ​
​, ​
​прекрасных песен,​
​еще соседям​уголок храня,​
​белые матери​, ​
​Чтобы не забыть ​и к каким ​
​Последний в жизни ​По черным улицам ​
​, ​наша жизнь темна,​
​дорог,​
​отчаянья, ревниво,​НЕМЦАМИ ВЕЧЕР​
​сайтов: ​Чтоб не стала ​
​Перед нами сто ​Но с мужеством ​МАМА И УБИТЫЙ ​
​Информация получена с ​не проникла плесень,​
​мы поедем?​проходило дня.​
​о том, что горю, в столетия выстони!​— «Всё она, pодная».​
​Чтобы в душу ​"Ну куда же ​
​Без горечи не ​ты хоть​
​льет тогда?​Дети мира, берегите мать!​
​или Ангел пролетел.​целыми годами.​
​Крик последний,-​Кто же слёзы ​
​Заклинаю: берегите маму!​словно зажигают елку,​
​Ее он мучил ​с пристани.​
​Что бывает иногда, -​унять...​
​проблестел,​В хозяйстве, в кухне, в детской мелочами​
​стоглазое зарево рвется ​Hепослyшны, шаловливы,​Мать умрет, и боли не ​
​луч за дверью ​покорилась мать:​
​в квартирное тихо​
​Если, дети, вы ленивы,​шрама,​
​щелку​
​Уже давно им ​
​Трясущимся людям​
​— «Мама золотая».​
​Мать уйдет - и не изгладить ​
​Полумрак, но вдруг сквозь ​
​неизбежность,​горящие руки "Лузитании".​
​даpит?​
​черных шалей!​сном.​
​Но, вечных мук предвидя ​
​высил​И игpyшки вам ​
​Берегите их от ​мама спит последним ​
​отдать...​схватиться за небо​
​говоpит​
​им дать должны...​
​и над ними, на портрете​готов был жизнь ​
​Так страх​
​Кто вам сказки ​Добрый отдых вы ​
​за окном,​
​За нас отец ​горящего здания.​
​напевает,​устали,​
​ночь и стужа ​Приличная супружеская нежность.​
​как дети из ​
​Кто вам песни ​
​Если ваши матери ​
​дети,​Детей обилье — Божья благодать, —​
​из черепа,​
​качает,​больней!​
​На диван уселись ​царила безмятежность:​
​и чисел​Колыбель кто вам ​
​Знайте, дети ранят всех ​М. Цветаевой​
​Кругом в семье ​
​Обгорелые фигурки слов ​
​— «Мама дорогая».​злого слова.​
​В РАЙ​XXXIX​
​занимается клирос!​глаз?​
​Берегите мать от ​ЭЛЛИС​
​мутных окнах — дождь и мгла.​У церковки сердца ​
​Hе смыкая ночью ​Будьте, дети, ласковее с ней,​
​белый рог.​Как в серых ​
​Петь не могу.​
​вас,​вы суровы​
​Смерть трубит в ​
​была —​Мама!​
​И заботится о ​
​Если стали сердцем ​
​вольно​
​И добродетельная жизнь ​
​вырос.​так голyбит​
​тепла!​Так протяжно и ​
​страсти, ни ошибки.​обугленный поцелуишко броситься ​
​Кто вас нежно ​
​Дайте маме капельку ​дорог​
​Не ведая ни ​из трещины губ​
​Кто вас, дети, больше любит,​
​очерствело,​Целый день средь ​
​и слез,​На лице обгорающем​
​Агния Барто​Если даже сердце ​
​Но не страшно, не больно...​Без малодушья ропота ​
​сердца!​Золотая прямо!​
​добела.​Воронье голых рощ.​
​жизни без улыбки,​Не выскочишь из ​
​–​
​Выбелит ей косы ​боле​
​Он бремя скучной ​Рухнули.​
​Вот какая мама ​- подобно мелу​
​Не вспугнут уже ​счастье, молча нес​
​Выскочу! Выскочу! Выскочу! Выскочу!​нарядила.​
​Боль за сыновей ​И ни ветер, ни дождь​
​Не думая о ​опереться.​
​К Маю дочку ​
​От обид, от тягот, от забот.​Стынет зябкое поле,​
​Житейский ум, суровый и негибкий,​Дайте о ребра ​
​угодила.​берегите,​
​коре.​
​до седых волос,​
​выкачу.​Вот как мама ​
​Пуще глаза маму ​Небо в белой ​
​Чиновник с детства ​Глаза наслезненные бочками ​
​ножках…​водоворот,​
​Без просвета, без пятен​XXXVIII​
​Я сам.​Туфли новые на ​
​бы в свой ​октябре.​
​долга.​лезут в ласках.​
​горошках,​Как ни влек ​
​Смертный зов в ​жизнь из чувства ​
​на сердце горящее ​Платье красное в ​
​событий,​
​Сердцу каждому внятен​Для денег портил ​
​Скажите пожарным:​Мама девочку одела:​
​манил нас бег ​Маме моей​был скуп, но слишком долго​
​Нельзя сапожища!​Мама песенку допела,​
​Как бы ни ​Наталья Васильевна КРАНДИЕВСКАЯ​
​Хотя и не ​В касках!​
​дочки.​
​Вслушайтесь - молю! - в мои слова!​(урождённая Глазер, 1850—1923)​
​Как в добродетель, веру он питал,​Блестящие!​На ногах у ​
​братьев​Оттобальдовна Кириенко-Волошина​
​бумаг и ренты,​
​Нагнали каких-то.​Светлые чулочки​
​Именем моих погибших ​Мать поэта Елена ​
​В святыню денежных ​запахло жареным!​
​К каждому чулочку.​Нет счастливей тех, чья мать жива!​
​г.​
​вечный капитал,​
​Люди нюхают -​
​По резинке пристегнула​
​мать утратив,​
​8 июля 1917 ​
​В незыблемый и ​дома.​
​Обувала дочку,​
​Трудно жить навеки ​самой — награда и возврат!​
​проценты,​из горящего публичного ​
​Мама песенку тянула,​
​матерью своей!​
​затем, что в ней ​В невидимо растущие ​
​выбрасывается, как голая проститутка​Тоненькая строчка.​
​Чем расстаться с ​возврата,​
​считал:​ртом он,​
​Белая сорочка –​
​"Знайте, люди , нет страшнее скорби,​твоей награды и ​
​Наградою трудов своих ​которые изрыгает обгорающим ​
​Белую сорочку.​Расул Гамзатович ГАМЗАТОВ​
​И нет любви ​Он не чины, не ордена, не ленты​
​даже шутка,​
​Одевала-надевала​бою!​
​тебе распят.​XXXVII​
​Каждое слово,​Одевала дочку,​
​Не отдаст без ​
​мне, так я в ​
​улыбкой на лице.​деться.​
​Мама песню напевала,​своей груди​
​Как ты во ​Я с радостной ​
​ему уже некуда ​Елена Благинина​
​Мать дитя с ​— утрата.​
​Что, всё прощая, думал об отце​Скажите сестрам, Люде и Оле,-​
​ВОТ КАКАЯ МАМА!​косою!​
​Я знаю, мать, твой каждый час ​слезы были сладки,​

​сердца.​


​тебя люблю!​Смерть с своей ​твоею вязью родовой.​Так жгучие те ​У него пожар ​Вот как я ​Отклони удар, уйди,​тоской упорной —​Твое дыханье чувствовал, любя:​Мама!​Посмотри скорее, мама, — ​Снова разлается,​но связанный твоей ​бреду и лихорадке,​болен!​Тихо перышком скриплю.​"Во темном-сыром бору" -​не женщиной рождённый, непокорный,​Твой поцелуй в ​Ваш сын прекрасно ​МАМА, МАМА, МАМА, МАМА... -​Вздрогнув, встрепенётся​растет иной,​Молился я, родная, за тебя,​Мама!​МА и МА.​И едва дитя, в жару,​Дитя растёт, и в нём ​в кроватке,​Мама?​М и А,​Бедная, роняла...​огненным разрывом,​Под одеялом спрятавшись ​Кто говорит?​тетрадь:​слезу с очей​день Господь отметил ​себя:​Allo!​Испишу я всю ​И не раз ​пор твой каждый ​вместе я жалел ​витрин Аванцо?..»​Букву «М» и букву «А».​Затекла, устала,​так с этих ​И с нею ​вывеской заломленные у ​Как писать​Мать поет... рука у ней​

​сменяется отливом,​XXXVI​золотые руки,​Надо знать,​выводит.​Но как прилив ​душе моей обиду.​кто же изласкает ​сама.​Ночь уж лень ​возлюбленную плоть…​Я затаил в ​


​танца,—​
​Это я пишу ​
​Тихо, долго ночь идет...​
​в себе самой ​
​с виду,​
​сбитой каблуками облачного ​МА и МА, а вместе — МА-МА!​
​Мать и ходит, ходит...​
​слиянье целокупном​
​За маму, тихий и покорный ​
​вазы вашей муки,​Дай руку МА.​
​"Во сыром бору” поет​
​ты вознесла в ​
​в силах угадать, —​
​мне​
​Ну-ка, МА,​
​Губки открывает...​свершая всё, что смела пожелать,​
​Семейных драм не ​Если станет жалко ​
​Дай руку А.​Словно птенчик, все в жару​
​очищалась, мать, —​жалость,​«Мама.​
​Ну-ка, М,​Тише! засыпает...​
​Двойным огнём ты ​
​Я чувствовал мучительную ​
​вой:​перевод Валентина Берестова​
​вору...​неотступным.​

​мать.​раздвинув басом ветра ​
​Григоре Виеру​Во сыром темном ​связали мы желаньем ​
​Спасла меня заступничеством ​я скажу,​
​Ты, о мама, девочкам своим!​Лис лисичку будит;​

​те, кого, любя,​шалость:​
​окровавит гаснущая рама,​в наследство​
​Зашумел сыр-темен бор,​чрез нас родятся ​углу за эту ​
​лоб, венчанный шляпой фетровой,​Видно грусть оставила ​

​Песня лучше будет...​расплата:​
​Лишь простоял в ​И когда мой ​
​палубе стоим.​Нет? Не хочешь?.. Сказки - вздор​
​тому в свершении ​
​я розог ожидать, —​Шустова.​
​Мы одни на ​пальчик...​

​плоти без возврата,​Хотя бы мог ​
​вылезают из-за крыш завода ​остров — детство, ​

​Жил-был мальчик с ​
​плоть возжелав для ​усталость —​

​ворохи​
​Все бледней лазурный ​Хочешь, сказочку скажу:​

​для себя,​В них — долгих лет покорная ​
​это мысли сумасшедшей ​воле всех ветров!​

​Подреми, мой мальчик,​Кто возлюбил другого ​XXXV​
​Мама знает —​И плывет по ​

​похожу...​сквозь вечности гонимы.​
​Усилия беспомощной борьбы...​
​угла пустого.​
​отчален​
​Я с тобою ​
​Как вихри мы ​
​мольбы,​
​от кровати до ​
​в добрый миг ​
​Прислонись головкой!​
​союз…​Его слова, и слышал я ​
​пробегают народа шорохи​Наш корабль не ​
​ко мне, -​Тягло земли — двух смертных тел ​
​жестоки​больной​
​чужд домашний кров...​Ляг на плечико ​
​но нет любви, не налагавшей уз…​
​Я понимал, что грубы и ​
​А у мамы ​Скучен смех и ​
​Всё ему неловко!​в душе неразделимы,​
​без конца.​тучу.​
​нам близок, кто печален, ​
​Бедный мальчик! Весь в огне​Свобода и любовь ​
​И оправданья мамы ​на дом​
​С ранних лет ​МАТЬ​
​блюдёт вершительная власть.​вечные намеки,​
​севшую​
​и дел.​
​Аполлон Николаевич МАЙКОВ​
​равновесья​
​На трату денег ​что увижу опять​
​Горькой жизни помыслов ​
​"Молодчина ты, сынок!"​
​и судеб золотые ​отца,​
​веря,​
​малюток мимо​сказала:​
​часть,​
​Неумолимый гневный крик ​
​подхожу к окошку,​Ты вела своих ​
​Мама сразу бы ​рождён тобой, и есть иная ​
​Не увидать; и начались упреки,​
​гобоях ржавых,​глядел!)​
​так помог!​Не помню имени… но знай: не весь я​
​Я убежал, чтоб грозного лица​Заиграет вечер на ​
​месяц в них ​
​Я бы маме ​своё скажи мне! кто ты? назовись».​
​XXXIV​
​вихрастые ромашки, шагом меряя, мучу.​(Без тебя лишь ​
​девчонка?​
​ты: «Имя​
​последний.​в пестрых павах,​клонясь неутомимо, ​
​Отчего я не ​
​Как неотступно требуешь ​

​Вот, думаю, пришел мой час ​

​А я гуляю ​К детским снам ​
​по местам!​расплелись?​
​передней;​обоях.​
​в сердца.​
​Я б расставил ​Какие судьбы нами ​
​Вдруг — голоса, шаги отца в ​мама на васильковых ​
​Нам тобою вложено ​сам​
​мир слепыми?​чернил.​
​У меня есть ​вечер мы богаты,​
​Все свои игрушки ​
​и бросил в ​Зеленое сукно поток ​
​Владимир Владимирович МАЯКОВСКИЙ. "Я"​Все, чем в лучший ​
​картошки,​Кто нас связал ​
​верхом преступлений)​Инна Эразмовна, урожденная Стогова (1852-1930).​
​Упиваясь близостью конца.​Сам начистил бы ​
​моим.​(Что мне казалось ​
​- мать Анны Ахматовой,​
​Мы, как ты, приветствуем закаты, ​Перемыл бы чашки, ложки,​
​и мучима рождением ​
​мертв, смотрю, как потопил​Женщина... с редчайшим именем ​
​бой часов.​
​комнате подмел,​

​меня рождаешь снова​

​Ни жив ни ​/От царскосельских лип/​
​И отраден беглый ​Я бы в ​
​Ты каждый день ​оленьей:​
​жестокой жизни…​живые​
​в кухне пол,​чувства слово?​
​Чернильницу с головкою ​
​Ненужный дар моей ​
​нам чужды все ​Я бы вымыл ​
​а ты, о мать, — найду ль для ​
​рукавом свалил​как будто получила, -​
​С той поры ​постирал,​
​кровей томим,​Но как-то раз я ​
​Я от нее ​тихий зов,​
​Я б рубашки ​Я узами твоих ​
​Предметы жадных, робких наслаждений!..​И добротой, которую в наследство​
​Мы услышали твой ​улице не прыгал,​
​водитель жизни сузил.​XXXIII​
​и белой ручкой,​штраусовском впервые​Я б на ​
​дверь к бытию ​для сигар:​
​С редчайшим именем ​В старом вальсе ​
​не терял!​
​туже напряжён:​Карандаши и ящик ​
​Нельзя не вспомнить, поглядевши в них),​Марина Цветаева​
​Я бы время ​теснее всех и ​
​Коробочку для марок, нож, бювар,​(Такой глубокой синевы, что море​
​А из глаз, как бисер, сыплются слезинки.​я девчонкой -​
​— он​млечного опала​
​прозрачными глазами​
​редкие сединки, ​Если был бы ​
​сыновности и материнства ​Из камня цвета ​
​И женщина с ​И закрыли брови ​
​ПЕРЕМЫЛ БЫ ЧАШКИ, ЛОЖКИ…​— узел​
​для пера,​одной из «Северных элегий»:​
​руки склонила.​Эдуард Николаевич УСПЕНСКИЙ​
​и вязей жизни ​
​Из хризолита ручку ​Ахматова набросала в ​
​Голову седую на ​
​Тобой обиженное сердце.​
​Из всех узлов ​Сургуч, портрет старинный генерала,​

​молодой матери Анна ​
​она застыла, ​
​мужество​
​из мрака — смерч, гуденье дрёмных сфер.​
​казенных нумера,​Эскиз к портрету ​
​с горем вся ​
​И отогреет это ​
​в разрывах материнства:​
​Я помню дел ​
​и ресницах, непрактичность, а главное, доброту.​И от счастья ​
​мне доверься​там свист серпа ​
​пускала.​
​темных, очень густых волосах ​
​застывших вражеское знамя.​Прости меня и ​
​пещер,​за стол меня ​
​от матери: светлые глаза при ​А в руках ​
​ужаса,​
​Здесь рокот внутренних ​Мать в кабинет ​
​ум), многое унаследовала и ​брызжет кровь, что пламя, ​
​прав, не прав до ​
​Мрак… Матерь… Смерть… созвучное единство…​утра,​
​дочкой (за высокий рост, осанку, не женский четкий ​
​На груди широкой ​Я был не ​
​МАТЕРИНСТВО​
​был отец с ​ее считали отцовой ​
​сын ее героем.​
​иль ней.​
​Максимилиан Александрович ВОЛОШИН​
​Когда на службе ​Анна Андреевна, хотя в семье ​
​Где лежит убитым ​
​Приходишь к нему ​
​Мать К.А.Большакова — Наталья Францевна, урожденная Гризен​
​XXXII​Анна Андреевна АХМАТОВА​
​Видит она поле, поле перед боем,​силах больше мучаться​
​Октябрь 1916 г.​слезами ел бисквиты.​
​(Мейн) (1868 — 1906)​
​усталых расцветают грезы.​
​Когда не в ​октябрьской стужи.​
​Я с горькими ​Мария Александровна Цветаева ​А в глазах ​
​других важнее.​
​В самые уши ​За мать страдая, молча, — как убитый, —​
​XVI века​Молится старушка, утирает слезы, ​
​Что может быть ​вдовью​
​мог я победить, —​Вильгельма Гауфа (1802—1827) из истории Германии ​
​далеком родину спасает.​
​такое мужество,​проплакать про долю ​
​И жадности не ​вслух.​
​Сын в краю ​А есть ещё ​
​И не могут ​
​сладких груда:​Мама Lichtenstein читает ​
​поминает,​долгого.​
​наружу,​Внутри была бисквитов ​
​Мы в траве, вокруг синеют сливы,​
​Молитва старушки сына ​
​И мужество терпенья ​
​Просочились сквозь пламя ​
​Отец увидел, стал ее бранить.​

​дух.​

​молится старушка.​
​быстрого,​Тучи, как вены, налитые кровью,​
​Игрушку мне, чудесного верблюда;​Замирает сладко детский ​
​Там перед иконой ​Есть мужество решенья ​
​событий.​купить​
​Мы лежим, от счастья молчаливы,​старая избушка,​
​тонкого,​Повисло суровое небо ​
​Она тайком осмелилась ​
​Там, на солнце, нежен лик Христа…​На краю деревни ​
​Под прорезью прицела ​зарева​
​весть откуда,​Ввысь уходят ели, стройно-прямы,​
​Сергей Есенин​под выстрелом,​
​Ведь короной кровавого ​Однажды, денег взяв Бог ​
​уста.​бою!​
​Есть мужество стоять ​Вырвутся молить: помогите, спасите,​
​XXXI​Волшебство творят её ​
​Не отдаст без ​И тихо сказать: "прости..."​
​кровавом пожаре вот​твои.​
​Словно песня — милый голос мамы,​
​своей груди​ней подойти,​
​Костлявые пальцы в ​

​Я жалобы безмолвные ​

​влюблённо-смел!​Мать дитя с ​
​И тихо к ​
​вагонам.​поцелуй любви​
​Рыцарь Георг так ​косою!​
​И еще, может десять, десять шагов!​
​Чугунным лязгом хотелось ​Но чувствовал сквозь ​
​светло-несчастен,​Смерть с своей ​
​И сделать шаг... и ещё​раны заштопать​
​молитвы сладкой,​Герцог Ульрих так ​
​Отклони удар, уйди, ​дверь​
​И наскоро рваные ​При шепоте твоей ​
​сумел:​Снова разлается,​
​И придётся открыть ​
​эскадронов,​безмятежным сном​
​Каждый доблестью пленить ​"Во темном-сыром бору" - ​
​моя мама.​Где-то прошедших вдали ​
​И засыпал я ​Ульрих — мой герой, а Ге́орг — Асин,​
​Вздрогнув, встрепенётся​Где молча сидит ​
​топот​свете над кроваткой,​
​крут.​И едва дитя, в жару, ​
​соседнюю комнату,​
​Сердце изранил растущий ​Склонясь в лампадном ​
​Там, внизу, где склон дороги ​Бедная, роняла...​
​Я иду в ​ушах вокзалов.​
​крестом,​
​распятье​
​слезу с очей​этот трудный путь.​
​Гремело в стеклянных ​Меня спешила осенить ​
​Ярким золотом горит ​И не раз ​
​Я иду в ​«ура»​
​Считал любовь; бывало, ты украдкой​берут.​
​Затекла, устала,​отправляюсь,​
​рельсах с утра ​Отец сердился, вредным баловством​
​Сливу руки нехотя ​​
​Я решил и ​А на гудящих ​
​я имею.​В пятнах губы, фартучек и платье,​
​Мать поет... рука у ней ​
​ТРУДНЫЙ ПУТЬ​лицу сбегала,​
​Мне всё дано, что в жизни ​вслух.​
​выводит.​
​Эмма Эфраимовна МОШКОВСКАЯ​Слеза по седому ​
​Многострадальной нежностью твоею​
​Мама Lichtenstein читает ​Ночь уж лень ​бойцов.​
​Октябрьских сумерек, заплаканных трауром​Ты ангелом-хранителем была,​уселись, молчаливы,​
​Тихо, долго ночь идет...​седая мать троих ​
​Небосвод колебался, бесшумный и синий.​
​защитила;​Мы в траве ​
​Мать и ходит, ходит...​в дозоре​
​и заломленных рук​От гибели ребенка ​
​Усыпительно жужжанье мух,​"Во сыром бору” поет ​
​у городских ворот ​В струнах тугих ​
​холода и зла,​
​Тишь и зной, везде синеют сливы,​Губки открывает...​
​гранаты трогая кольцо, -​израненном сыне,​
​Твоей любви от ​Марина ЦВЕТАЕВА​
​Словно птенчик, все в жару​И, хищникам пророча горе,​
​Целый вечер об ​Живую душу, и святая сила​
​Спать пора!​Тише! засыпает...​
​благословившие его.​мук​
​ты, родимая, спасла​
​кисло…​
​вору... ​уходит сын, целуя руки,​
​Кто-то нашёптывал шелестом ​Во мне лишь ​
​Даже кукла нахмурилась ​Во сыром темном ​
​своего,​СЕГОДНЯШНЕЕ​
​В суровом доме, мрачном, как могила,​
​детвора,​Лис лисичку будит;​
​во имя права ​Константин Аристархович БОЛЬШАКОВ​
​XXIX​
​Приуныла в углах ​Зашумел сыр-темен бор,​
​...На бранный труд, на бой, на муки,​Берковна (Анна Борисовна) Эренбург​
​Из "Старинных октав"​смысла!​
​Песня лучше будет...​
​своих друзей.​Мать писателя Хана ​
​Дмитрий МЕРЕЖКОВСКИЙ​в чём нету ​
​Нет? Не хочешь?.. Сказки - вздор ​зови с собой ​
​мать.​
​Тебя, Любовь, благословил.​
​Ах, без мамы ни ​
​пальчик...​Иди мой младший, мой любимый,​Как ласкала маленького ​
​И в сердце, с тихим умиленьем,​
​Спать пора!​Жил-был мальчик с ​
​его.​
​сможет приласкать,​
​Вышних Сил,​гувернантку…​
​Хочешь, сказочку скажу:​я отдаю теперь ​
​И никто не ​Я понял благость ​
​— Но устанешь пугать ​
​Подреми, мой мальчик,​
​Ленинграда​
​назовёт меня Илюшей,​твореньем​
​Рукавицы надела сестра,​похожу... ​
​но на защиту ​
​И никто не ​
​Пред этим маленьким ​
​наизнанку,​
​Я с тобою ​
​всего,​
​«кушай»,​
​Тоскуя, плача и любя.​
​Братец шубу надел ​
​Прислонись головкой!​
​ему семнадцать лет ​скажет за обедом ​
​не улетала,​
​Спать пора!​
​ко мне, -​
​со мною рядом,​
​Мне никто не ​
​И от него ​Папа болен, мама в концерте…​
​Ляг на плечико ​
​А младший сын ​«слушай»,​
​Боялась мать - не за себя,​Появляются все вечера.​
​Всё ему неловко!​на войне.​
​скажет за уроком ​
​надо мной витала,​черти​
​​и средний тоже ​
​Мне никто не ​Над ним и ​
​В зале страшно: там ведьмы и ​Бедный мальчик! Весь в огне ​
​сын мой старший,​Илья Григорьевич ЭРЕНБУРГ​
​У непротоптанной межи.​Спать пора!​
​Аполлон Майков​Уже на фронте ​
​подруги.​Меж голубыми васильками​
​кисло…​И тащит одеяло. ​
​мне.​
​Для будущей твоей ​во ржи,​
​Даже кукла нахмурилась ​А дочь кричит: - Я поняла! -​
​Ты обращаешься ко ​Твой профиль, мальчик, слишком строг​
​Я видел птенчика ​
​игра?​Вздохнула мать устало.​
​— Слышу, маршал.​Теплит запыленный порог,​
​крылами​Если думать — то где же ​
​- Ты не поймешь, еще мала, - ​
​Она сказала:​и упругий​
​С еще бессильными ​Жди вопроса, придумывай числа…​
​денечки?​во взоре.​
​Луч солнца зыбкий ​
​МАТЬ​Тронули мамины руки.​
​И в летние ​
​и пробежал огонь ​Когда он спросит: «Мама дома?»​
​Дмитрий Сергеевич МЕРЕЖКОВСКИЙ​Это тихонько рояль​

Мама

​Дочь удивилась: - Мерзнешь ты​
​лицо,​пролей,​Белый ромашковый цвет.​
​В зале — дрожащие звуки…​
​Она сказала дочке.​
​и дрогнуло ее ​
​Воды звенящей не ​
​склоны​
​Куколке солнышка жаль!​
​теплоты, -​бойцов,​
​дней,​
​Тихо ложится на ​Мрачно нахмурила брови:​
​- Мне не хватает ​
​седая мать двоих ​От первых ненадежных ​
​Все принимает поэт...​
​Холодно! Кукла без глаз​Агния Барто​
​была в дозоре​
​Улыбка юноше знакома​
​-​
​— наготове.​ангелом была?​
​А у ворот ​
​МАТЕРИ​Волгу ли, берег ли Роны ​
​В тёмном углу ​Не ты ли ​
​Бери оружье, Ленинград! -​Николай Давидович БУРЛЮК​
​Путнику плещет вослед.​
​таз​
​цепей лампадки...​опасность.​
​"Баюшки-баю!"​Жизнь - океан многозвенный​
​Мыльная губка и ​И тени от ​
​— Над нами грозная ​кто-то:​
​уют.​За баловницей сестрёнкой.​
​угла​когда воззвали рупора:​Но мне шепчет ​
​В мамины косы ​Бедный разбужен! Черёд​
​Лампадку в сумраке ​ясный​
​Воркотню свою,​
​Там, где вплетает левкои​Сонные глазки ручонкой:​
​Я помню ночь, тепло кроватки,​Вставал рассвет балтийский​

​Начала забота​


Мать

​Щеки мои расцветут​трёт​
​Я помню, помню голос твой!​МАТЕРИ​
​Милый сон погас,​зное​
​Братец в раздумий ​счастье очаруешь...​
​ПЕСНЯ О ЛЕНИНГРАДСКОЙ ​
​День грозится темный,​Яблоней в розовом ​
​Детскому сердцу — так горек!​И верой в ​
​Ольга Фёдоровна БЕРГГОЛЬЦ​Пробужденья час.​
​и трут,​— так слаб!​
​мной,​и тебе.​
​Наступает томный​
​В сумке огниво ​Свет из окошка ​
​Напомнишь мне, что он со ​

​Мир подарила мне ​


Мать

​"Баюшки-баю!"​покоя,​
​на дворик…​Ты перекрестишь, поцелуешь,​
​Мама жизнь подарила,​Шепчет кто-то нежный:​
​Только б коснуться ​Льётся и льётся ​
​«Ангел-хранитель над тобой!»​каждой судьбе​
​Душу пьет мою.​

​Белый ромашковый цвет.​Дождь повторяет: кап-кап,​
​И милый, кроткий голос твой:​
​Главное слово в ​Кто-то безмятежный​
​полянке -​сараем;​
​Игрушки, теплую кроватку​Мама - первое слово,​
​Силы отдаю.​Сед он, как пень на ​

​Треплется хмель над ​и лампадку,​
​Как и прежде, милый малыш.​
​Грезам я бесстрастно​дед,​
​Ветром колеблется хмель,​Я помню спальню ​

​ты -​В голубом краю.​
​Ульем на странника ​Осенью кажется раем.​Иван Бунин​
​был, знай, что для мамы ​Бездыханно, ясно​
​Пусть забубнит впозаранки​

​Холодно в мире! Постель​


Моей матери

​от нас...​Кем бы ни ​
​"Баюшки-баю!"​Кот - непробудный сосед.​
​Марина ЦВЕТАЕВА​
​Уходят наши матери ​

​И, как птица, ввысь улетишь,​кто-то:​
​лежанке...​мамы венки.​
​колоннами​Так бывает - станешь взрослее ты​
​И поет мне ​Сладко уснуть на ​

​На головке у ​Как тихими суровыми ​
​и тебе.​В голубом краю,​
​Замуж сверчок выдает.​царица,​
​слезами постоянными,​Мир подарила мне ​

​Собираю что-то​


Разлука

​Мышку-вдову за мочалку​Наша мама сегодня ​
​Глядим мы со ​Мама жизнь подарила,​
​Я - дитя опять,​Пухлый мурлыкает кот,​
​огоньки…​
​Мы опоздали. Пробил страшный час.​каждой судьбе​
​Горькое забылось,​вповалку​
​На плотах заблестят ​стеклянная стена!​
​Главное слово в ​Как отрадно спать!​
​С нитью веселой ​загорится,​
​В нем выросла ​
​Мама - первое слово,​Сердце истомилось.​
​Песенку мама поет,​Скоро вечер: за лесом луна ​
​- ​рядом всегда.​
​"Баюшки-баю!"​прялку,​
​А другой, золотистый — ничей.​о воздух ударяются ​
​Будет с вами ​Горе усыпляя:​
​Вижу за окнами ​
​надели,​Но руки вдруг ​
​Мама - самый лучший, надежный друг -​
​Что ж, и сам спою,​Белый ромашковый цвет.​
​Это мы васильковый ​

​очнувшись ото сна,​


Матери

​горе-беда,​Не придет родная,-​
​Топчут усталые ноги​
​лучей.​
​К ним тянется ​
​В доме вашем ​
​В колыбель мечта.​К окнам, где ласковый свет?​
​Из цветов, а другой из ​Все удаляются они, все удаляются.​
​Так бывает - если случится вдруг​
​Но меня вернула​
​Может, дойду понемногу​ней, два венка, в самом деле:​
​ступеням лет​и тебе.​
​Радость отнята,​Белый ромашковый цвет.​

​Два веночка на ​


Мать

​Шагами маленькими по ​Жизнь подарила мне ​
​Молодость мелькнула,​дорогу -​
​неё голубой.​и странно,​
​небо,​"Баюшки-баю!"​
​Падает снег на ​
​А венок у ​Они уходят медленно ​
​Мама землю и ​Спой мне, спой мне, мама:​
​Николай Алексеевич КЛЮЕВ​золотая,​
​кажется, что сразу.​
​каждой судьбе.​
​В колыбель мою,-​
​Я совсем здоров.​
​Наша мама теперь ​Нам это только ​Главное слово в ​
​Нет, вернусь упрямо​безделке:​
​судьбой.​
​сразу, нет,​Мама - первое слово,​
​нет?​
​Полно плакать о ​Назвала его мама ​
​от нас не ​мама уснет.​
​Встать мне или ​тарелки.​
​плыло и плакало, тая.​Уходят наши матери ​
​Лишь под утро ​Темно от тумана,​
​Слезы капают в ​
​В небе облачко ​страшный час.​
​ее -​
​Чуть забрезжил свет,​
​суров?​прядь.​
​Не замечая этот ​Как там дочка, как там сынок ​
​Просыпаюсь рано.​Что твой взгляд ​На одну шелковистую ​
​спим, едой насытившись,​Мама потихоньку всплакнет,​
​Фёдор Кузмич СОЛОГУБ​не смотришь прямо,​сквозь берёзки​
​А мы спокойно ​Так бывает - ночью бессонною​
​Преображенская (1824—1896)​Что в глаза ​Тихий лучик упал ​
​Уходят потихонечку, на цыпочках,​и тебе.​
​Мать Вяч. Иванова Александра Димитриевна ​Земляники дай мне, мама.​
​шпильки терять!​от нас,​
​Мир подарила мне ​Такъ сѣтовали знатоки.​Спелый аромат?​
​Только время и ​Уходят наши матери ​
​Мама жизнь подарила,​вѣнки" —​
​Земляники, земляники​любит тяжёлой причёски, —​
​Евгений Евтушенко​
​каждой судьбе.​,,Въ театрѣ ждали бъ васъ ​
​клики,​Наша мама не ​
​пела нам она!​Главное слово в ​
​имѣла дивный голосъ:​
​Лунных сов родные ​мамы венок.​
​Тех, что в детстве ​Мама - первое слово,​
​Къ тому жъ ​сад,​
​На головке у ​

​прекрасных песен, ​


У гробика

​МАМА​И „Несмѣяной" прозвана.​
​В лунных брызгах ​царица,​
​Чтобы не забыть ​Юрий Сергеевич ЭНТИН​
​—​

​Соловьев последних охи,​
​Наша мама сегодня ​наша жизнь темна, ​
​И тащит одеяло.​Разумница была она ​
​Помнишь, мама, ветра вздохи,​

​Серебрится, как новый клинок.​Чтоб не стала ​
​А дочь кричит: - Я поняла! -​„долгій волосъ":​
​Прокружив, застыл.​
​серебрится,​

​не проникла плесень, ​Вздохнула мать устало.​
​Пустое все про ​взмах орлиный,​
​Мы на даче: за лугом Ока ​
​Чтобы в душу ​

​- Ты не поймешь, еще мала, -​


Маме

​Ей достигали. Говорятъ​В жарком небе ​
​Марина ЦВЕТАЕВА​Дети мира, берегите мать! ​
​денечки?​до пятъ​Вечер томен; над долиной​
​на пальце…​Заклинаю: берегите маму! ​
​И в летние ​
​И косы темныя ​
​Будто дым кадил.​Золотое у мамы ​
​унять... ​Дочь удивилась: - Мерзнешь ты​
​желанно.​белоцвета​
​целует кольцо​Мать умрет, и боли не ​Она сказала дочке.​
​Какъ сердцу русскому ​В поле волны ​
​Мальчик без счёта ​шрама, ​
​теплоты, -​Такъ женственно-благоуханно,​
​Мама, мама, помнишь лето?​одеяльце,​
​Мать уйдет - и не изгладить ​- Мне не хватает ​Кровь съ молокомъ, — она цвѣла​
​Отвори окно!​Глубже ушла в ​
​черных шалей! ​РАЗГОВОР С ДОЧКОЙ​
​паву, —​Мама, выплесни лекарство,​
​подушке лицо,​Берегите их от ​
​В нашей комнате. Без мамы.​

​Похожа поступью на ​

​царство!​Скрыла сестрёнка в ​
​им дать должны... ​
​гаммы​
​могла:​
​Как ликует птичье ​
​Эта странная девочка-мама!​

​Добрый отдых вы ​
​И звучат печально ​Назваться мать моя ​
​Как поет оно,​
​чём,​
​устали, ​
​И зачем-то мою руки.​

​праву​

​и крики.​
​уступит ни в ​Если ваши матери ​
​место спички​
​А дѣвой русскою по ​Над карнизом свист ​
​Детям она не ​больней! ​
​Я кладу на ​"МЛАДЕНЧЕСТВО"​
​Мама, дай мне земляники.​Прыгает, точно не дама…​
​Знайте, дети ранят всех ​
​Или, может быть, от скуки​Из автобиографической поэмы ​
​Земляника​
​плащом,​злого слова. ​
​привычке​
​Вячеслав Иванович ИВАНОВ​
​Борис Александрович САДОВСКОЙ​
​Косу опять распустила ​Берегите мать от ​
​И наверно по ​
​мать Андрея Белого​Черным солнцем осиян.​
​братца.​
​Будьте, дети, ласковее с ней, ​нечем!​
​Александра Дмитриевна Бугаева, урождённая Егорова (1858—1922),​

​колыбели —​

​Полусонных сестрицу и ​
​вы суровы ​
​Что-то мне заняться ​
​Март 1903 г., Москва​
​Я проснулся в ​Дразнит, пугает, смешит, щекоча​
​Если стали сердцем ​вечер​
​луна золотая плывет.​Голоса израильтян.​
​стараться!)​тепла! ​
​И сегодня целый ​
​В волнах фиолетово-мглистых​звенели​
​(Плакать смешно и ​Дайте маме капельку ​
​командировке.​туман бледно-белый ползет.​
​И над матерью ​Сдёрнет, смеясь, одеяло с плеча,​
​очерствело, ​Пятый день в ​
​росистых​Отпевали прах жены.​
​баловница!​Если даже сердце ​
​Прилуки​Уже вдоль газонов ​
​иудеи​
​Эта мама совсем ​добела. ​
​Мама в городе ​
​обнять.​
​В светлом храме ​даёт!​
​Выбелит ей косы ​в разлуке,​
​и хочет кузину ​И священства лишены,​
​Мама-шалунья уснуть не ​- подобно мелу ​
​Только мы теперь ​клавесина,​
​Благодати не имея​Что-то сегодня приснится?​
​Боль за сыновей ​Ем какие-то морковки…​

​Смеется под звук ​


Письмо матери

​Хоронили мать мою.​
​одиннадцать бьёт.​
​От обид, от тягот, от забот. ​мою руки,​
​принять..."​иудеи​

​В тёмной гостиной ​
​берегите, ​Для нее я ​
​Извольте цветок сей ​В светлом храме ​
​Марина ЦВЕТАЕВА​Пуще глаза маму ​

​речке даже.​"Я вас обожаю, кузина!​
​Баю-баюшки-баю, —​Вкус солёного прилавка.​
​водоворот, ​Не купался в ​
​в руке.​Солнце желтое страшнее, —​

​В сердце радость, а во рту​
​бы в свой ​болезни​
​с малиновой розой ​Солнце черное взошло.​
​Сколько книг! Я все прочту!​

​Как ни влек ​Для нее после ​
​в лазурно-атласном камзоле,​У ворот Ерусалима​
​Сколько книг! Какая давка!​событий, ​
​на пляже,​в волнисто-седом парике,​

​еще светло.​
​Будут, мамочка, картинки?»​манил нас бег ​
​Я один сидел ​в привычно-заученной роли,​
​А у вас ​«Ну, извозчик, поскорей!​

​Как бы ни ​
​речку лезли,​
​маркиз​Эта ночь непоправима,​
​Огонёчки фонарей…​Вслушайтесь - молю! - в мои слова! ​

​Все мальчишки в ​пред нею склонился ​
​Осип Эмильевич Мандельштам​летят снежинки…​
​братьев ​Математику учу.​
​и стены. Прекрасный и юный,​мыслей ваших"​

​Прямо в рот ​Именем моих погибших ​
​к врачу,​карниз,​
​мысли Мои выше ​Няня, шубу! Что за дети!»​
​Нет счастливей тех, чья мать жива! ​Для нее хожу ​

​и хмелью обвитый ​


Я маму люблю

​путей ваших и ​
​Давид Копперфильд»… — «Молчи!​
​мать утратив, ​гаммы,​
​фортуны​меня на руках? "Пути Мои выше ​
​Все большие — палачи,​
​Трудно жить навеки ​
​Для нее играю ​
​под вешнею лаской ​
​безымянной могилы, ужели это она, которая некогда качала ​
​Надоело… жить… на свете,​
​матерью своей! ​для мамы:​
​лучах​захолустного русского города, на дне уже ​
​надоело!​
​Чем расстаться с ​Все я делаю ​
​Горит в золотистых ​лежат теперь где-то там, в кладбищенской роще ​
​Просто жить мне ​"Знайте, люди , нет страшнее скорби,​

​Агния Барто​


Поговори со мною мама

​клавесина...​бесценное имя. Ужели та, чей безглазый череп, чьи серые кости ​
​«Что за тон?» — «Совсем не тон!​
​Расул Гамзатов​РАЗЛУКА​
​мечтает под звук ​веки благословенно её ​
​Домик строй». — «А где картон?»​
​пpостит.​
​Не сердись, мой милый!​Вся в белых, сквозных кружевах,​
​да будет во ​«Поиграй, возьмись за дело,​
​И мама меня ​И в ответ: — Бегу, бегу,​
​Любезная сердцу картина!​в мире и ​
​мама.​мама,​
​силой.​как пышная роза, сидит.​
​миром забытая, да покоится она ​
​Это ясно знает ​И выйдет оттyда ​
​Слышно с новой ​на щечках,​
​земле, одинокая, на веки всем ​Не поддамся никогда,​

​Тот самолёт пpилетит,​


Чем пахнет мама

​Но опять: „Агу, агу!" -​
​Красавица с мушкой ​
​В далёкой родной ​Скажут нет, а будет да.​
​моего pожденья​

​Я посуду мою.​
​прудом горит.​
​уст!​Удивительно упряма:​
​И в день ​

​А в ответ: — Я не могу,​
​И солнце над ​слышал из её ​
​Я упряма, — это лучше.​Мама возьмёт билет.​
​Мол, побудь со мною.​

​листочках.​
​её глазах, сколько горестных песен ​
​Я большая, — мне семь лет,​самолёт pеактивный​
​Сын зовёт: „Агу, агу!" -​

​Сияет роса на ​

​я ребенком на ​нет?»​
​И вот в ​Агния Барто​
​Посвящается дорогой матери​
​воплощенной печалью: сколько слез видел ​

​Мы поедем или ​много лет,​
​РАЗГОВОР С МАМОЙ​Андрей БЕЛЫЙ​
​вся ее душа, была она и ​«Мама, милая, не мучь же!​
​И вот пpойдёт ​— «Всё она, pодная».​

​10 лет.​
​именно мукой, поразила тем более, что, в силу любви, из коей состояла ​
​Марина ЦВЕТАЕВА​вечеp зимний,​
​льет тогда?​
​я.​

​любви к ней, — к той, которая, давши мне жизнь, поразила мою душу ​облака.​
​И вот бyдет ​
​Кто же слёзы ​
​Вот это тоненькое ​бремя моей неизменной ​

​Там, в саду, где Бог и ​И молчаливый такой...​
​Что бывает иногда, -​
​Так нежен завиток, заканчивая​
​младенчества нес великое ​

​уснула кротко​

​печальный​Hепослyшны, шаловливы,​бы меня:​
​потери любимого! А я с ​
​А теперь она ​И бyдy всегда ​
​Если, дети, вы ленивы,​
​Что ты любила ​этот вечный страх ​
​ей решётка,​с боpодой,​
​— «Мама золотая».​мечта заманчивая,​
​всей моей жизни. Все и все, кого любим мы, есть наша мука, — чего стоит один ​Здесь дремать мешала ​
​И бyдy я ​даpит?​Но мне мила ​
​самая горькая любовь ​лучшая находка!​

​главный начальник,​И игpyшки вам ​
​суетой.​
​С матерью связана ​
​Смерть для женщин ​И бyдy я ​
​говоpит​Тебе б казалось ​
​Из романа "Жизнь Арсеньева"​
​легка:​Стpоить мосты пойдy!​
​Кто вам сказки ​я взлелеиваю,​
​Большими томными глазами...​
​Не грусти! Ей смерть была ​pекy​напевает,​
​И все, что в сердце ​
​И мальчик вздрагивал, глядел​сердце нам закон!»​
​И чеpез бypнyю ​Кто вам песни ​
​несмелый строй.​блестел,​
​До конца лишь ​pyдy​
​качает,​Как строк твоих ​
​Не усталый взор ​иначе,​
​Я бyдy искать ​Колыбель кто вам ​
​Была ты тихой, незатейливою,​не раз слезами​
​«Мой дружок! Ведь мне нельзя ​по следy,​
​— «Мама дорогая».​
​Приметы лика твоего.​И до утра ​
​горьком плаче:​Я бyдy ходить ​
​глаз?​
​Воображением дочерчиваю​помощь призывал.​
​Зашептала мама в ​Уйдy я, yйдy в тайгy!​Hе смыкая ночью ​
​и о.​В степи на ​
​окна белой дачи,​покpепче,​
​вас,​Закрыты глухо а ​
​Что кто-то слабым, дальним криком​Старый сад и ​
​Hайдy я палкy ​И заботится о ​
​быть доверчивою:​
​Казалось ей, что дом дрожал,​

​балкон,​


Стихи ко дню матери классиков

ПИСЬМО С ФРОНТА

​найдy,​так голyбит​
​Ты не умела ​Внезапным шквалом налетал,​
​Чуть вдали завиделись ​
​Я хлеба кyсок ​
​Кто вас нежно ​
​Души неведомой черты.​в порыве диком​твоя слеза.​
​за плечи,​Кто вас, дети, больше любит,​
​почерке выслеживаю​
​Когда ж буран ​
​Что смутит её ​Возьмy я мешок ​
​«КТО ВАС, ДЕТИ, БОЛЬШЕ ЛЮБИТ…»​Я в тонком ​
​крыльца.​глазок, понимая,​
​не pасскажy...​
​Агния Львовна БАРТО​
​Как жаль!» — сестре писала ты.​
​Шуршала снегом у ​
​Ты не поднял ​
​И я ей ​
​тишине!..​
​барежевую.​
​злая,​мая…​
​pасскажет,​Посидим и в ​
​«Забыла тальму я ​
​Шумела тише вьюга ​пело в вечер ​
​Она ничего не ​– Ничего, – шепнул он будто, –​Софья Яковлевна ПАРНОК​
​Порой, дремотой обвевая,​
​Всё цвело и ​
​не помашy,​ко мне.​
​«воспаление мозга».​без конца...​сжимая.​
​И я ей ​А потом скользнул ​
​Зинаиде Гиппиус диагноз ​И ночь тянулась ​Колокольчики в руке ​
​не помашет,​
​стене,​приступа врачи поставили ​
​ходила...​глаза,​

​Она в окно ​


Мать

​Луч метнулся по ​1890 года, когда после тяжёлого ​
​Все напевала и ​Ты тихонько опустил ​
​ней никyда.​Но мама спит, и я молчу.​
​реальном эпизоде лета ​плечу,​

​Я тебя, как прежде, берегу!»​
​Hе сходим с ​
​я чего хочу!​
​Речь идёт о ​И, положив дитя к ​

​могилы​не выйдем,​
​Да мало ль ​
​кругах французский писатель.​Старинной книгой заслонила​
​Мальчик, знай, что даже из ​Из домy вместе ​

​похохотать,​
​Бурже (1852—1935), модный в светских ​Она мерцавшую свечу​мне нет силы.​
​Тепеpь никогда-никогда​Я б могла ​(урожд. Степанова;1849 — 1903).​
​не смыкая.​Кончен день, и жить во ​

​обидел,​
​пропела,​З. Н. Гиппиус. Мама — Анастасия Васильевна Гиппиус ​
​Глаз до рассвета ​
​шепнула: «Милый!​Я мамy мою ​

​Я бы песенку ​первый раз.​
​ночь ходила там,​
​И тебе она ​Эмма Мошковская​
​мяч катать,​У этой женщины, я понял в ​
​И мать всю ​мамой на лугу​

​Ради Бога.​


Перемыл бы чашки, ложки

​Вслух читать и ​взглянув, — какая сила​
​по ночам,​Вы бродили с ​
​вину,​хотела:​
​На кроткое лицо ​Светил в пристройке ​
​Марина ЦВЕТАЕВА​Ты услышь мою ​
​Я бы многого ​Простое, нежное... На выраженье глаз,​
​— не угасая,​
​1907-1910​Одиноко.​
​хочу!​Что нужно, делала и что-то говорила​
​Но был огонь ​Ты, о, мама, девочкам своим!​
​Посижу и помяну​– Я тоже двигаться ​
​шутя,​ночном.​
​в наследство​Нету третьего.​
​лучу:​


Утомленье

​А мать легко, без слёз, как будто бы ​
​Кружился в сумраке ​Видно грусть оставила ​
​я да боль-​И сказала я ​
​и жалок, как дитя.​

​в старинной зале​палубе стоим.​
​А теперь лишь ​
​Луч крадется золотой.​
​Я был беспомощен ​

​И снег сухой ​Мы одни на ​
​Мы не встретили.​
​подушке​любовью​
​рамах дребезжали,​

​остров — детство,​тобой​А по маминой ​
​Любимой женщины... Со всей моей ​И стекла в ​
​Все бледней лазурный ​Столько праздников с ​
​пустой.​

​к изголовью​


Метель

​мертвый дом —​
​воле всех ветров!​И кладу гвоздику.​
​Тихо в комнате ​
​Я чувствовал, что смерть подходит ​Они врывались в ​
​И плывет по ​
​стол​

​игрушки,​
​её родная дочь.​
​И заносили хутора.​отчален​
​Ставлю рюмочки на ​
​Не шумят мои ​
​Лежала при смерти ​
​заметали,​

​в добрый миг ​
​и тихо.​
​сижу.​
​спокойней. В эту ночь​И вошки снегом ​
​Наш корабль не ​
​Грустно в нем ​А уселась и ​
​Она была ещё ​бушевали,​
​чужд домашний кров…​дом пустой,​

​завожу,​


Летняя ночь

​Почти весёлая, с улыбкой неизменной,​
​В степи бураны ​
​Скучен смех и ​Прихожу в твой ​
​Я волчка не ​
​Её в несчастии: я помню, в трудный час,​ночи до утра​
​нам близок, кто печален,​И ее рекруты.​
​играть не стала!​

​раз​И дни и ​
​С ранних лет ​суеты​
​Ну и я ​

​Такою слабою... Потом я видел ​


Гимн критику

​Иван БУНИН​и дел.​
​Все мы дети ​Мама спит, она устала…​
​такой обыкновенной,​ангелом была?​
​Горькой жизни помыслов ​Если можешь , то прости.​

​«Мама спит, она устала…»​Она казалась мне ​
​Не ты ли ​малюток мимо​
​Было некогда-стало некуда.​
​Золотая прямо!​отказать.​

​цепей лампадки.​Ты вела своих ​
​Только некуда.​–​
​чём не может ​И тени от ​
​глядел!)​горазд,​Вот какая мама ​

​И всё-таки ни в ​


Мама в саду

​угла​месяц в них ​
​А теперь спешить ​нарядила.​
​балует,​Лампадку в сумерки ​
​(Без тебя лишь ​
​Было некогда.​
​К Маю дочку ​

​Что портит девочек, что слишком их ​
​Я помню ночь, тепло кроватки,​
​клонясь неутомимо,​
​Повидаться лишний раз​
​угодила.​решается, горюет,​
​Я помню, помню голос твой!​К детским снам ​

​Андрей Дмитриевич ДЕМЕНТЬЕВ​
​Вот как мама ​
​Прибегнуть к строгости ​
​счастье очаруешь.​в сердца.​
​от нас...​
​ножках…​

​детей она опять​


Мама на лугу

​И верой в ​Нам тобою вложено ​
​Уходят наши матери ​Туфли новые на ​
​При первой шалости ​мной,​
​вечер мы богаты,​колоннами​
​горошках,​

​гнилые брёвна.​Напомнишь мне, что Он со ​
​Все, чем в лучший ​Как тихими суровыми ​
​Платье красное в ​Как подозрительно скрипят ​Ты перекрестишь, поцелуешь,​
​Упиваясь близостью конца.​слезами постоянными,​
​Мама девочку одела:​Хоть слышать, бедная, не может хладнокровно,​

​меня клонит.​Мы, как ты, приветствуем закаты,​
​Глядим мы со ​Мама песенку допела,​
​Уступит, ласками детей побеждена,​К её плечу ​
​бой часов.​Мы опоздали. Пробил страшный час.​
​дочки.​«Родная, милая!..» и, наконец, она​

​А сладкий сон, глаза туманя,​


Молитва матери

​И отраден беглый ​стеклянная стена!​
​На ногах у ​они достигнут цели.​

​И полушепотом бранит,​
​живые​В нем выросла ​

​Светлые чулочки​
​Не пустит, а меж тем ​Бывало, раздевает няня​

​нам чужды все ​
​-​К каждому чулочку.​

​раз клялась, что никогда​"Ангел-Хранитель над тобой!"​
​С той поры ​о воздух ударяются ​

​По резинке пристегнула​Но мама много ​И милый, кроткий голос твой:​
​тихий зов,​Но руки вдруг ​

​Обувала дочку,​качели!»​
​Игрушки, теплую кроватку​

​Мы услышали твой ​


Мачеха

​очнувшись ото сна,​
​Мама песенку тянула,​прибегут: «Пусти нас на ​

​и лампадку,​штраусовском впервые​
​К ним тянется ​

​Тоненькая строчка.​Они к ней ​
​Я помню спальню ​

​В старом вальсе ​
​Все удаляются они, все удаляются.​

​Белая сорочка –​И опустившейся. Я помню, иногда​
​Иван Алексеевич БУНИН​Когда умолкала рояль.​ступеням лет​

​Белую сорочку.​
​её ленивой​

​Алексеевна Павленко (1867—1954)​на ресницах,​
​Шагами маленькими по ​Одевала-надевала​Она живёт. Но я считал ​

​Мать поэта Александра ​


Отрава

​И капельки слез ​и странно,​
​Одевала дочку,​
​своих казаться: для детей​закройте глаза газет!»​Твою молодую печаль​
​Они уходят медленно ​Мама песню напевала,​И старше лет ​

​Ах, закройте,​раненых птицах​кажется, что сразу.​
​ВОТ КАКАЯ МАМА!​хочет некрасивой​
​об убитом, телеграмма.​Мы помним о ​
​Нам это только ​Елена Александровна БЛАГИНИНА​Не занимается и ​

​О нем это,​


Был вечер поздний и багровый...

​Твое улыбалось лицо.​сразу, нет,​
​улыбаясь, ожила!"​
​Домашнем, стареньком, наружностью своей​«Оставьте!​
​кроваткой​

​от нас не ​портрете,​
​серьезных дел. В капоте​глазет.​
​Когда над уютной ​Уходят наши матери ​
​чтобы мама на ​

​Что иногда важней ​Белая, белая, как на гробе ​

​рубинах кольцо,​
​страшный час.​одна хвала,​
​зимы — об этих мелочах,​

​мама?​
​И в ярких ​Не замечая этот ​
​где у всех ​О шубках для ​
​Что вы,​

​тетрадкой​


Пробужденье

​спим, едой насытившись,​
​дети,​
​О кашле Наточки, о кушанье, дровах,​
​Звонок.​Замедленный вздох над ​
​А мы спокойно ​
​В Рай, где Ангелы да ​И, вместо умных книг, лишь предана заботе​
​выкрутить русый ус!»​волос,​
​Уходят потихонечку, на цыпочках,​
​в небесах!​Она застенчива, спокойна и проста,​
​горящей мазурке,​
​И пышные пряди ​
​от нас,​
​и ни тучки ​печаль и доброта.​
​— выбряцав шпоры в ​помним​
​Уходят наши матери ​
​ни слезинки,​
​В лице глубокая ​
​Хе!​
​Печальные губы мы ​

​Евгений Александрович ЕВТУШЕНКО​


Мама за книгой

​в детских глазках ​
​Не хвалит Paul ​я еще могу-с —​
​унеслось!​Седую голову кладет.​
​в ясных, солнечных перстах,​

​Не думает блеснуть, и, разливая чай,​«Неправда,​
​Из сердца навек ​
​на ладони​В милый Рай, где ни пылинки​
​Ни мыслью книжною, ни фразой либеральной​

​безрукий:​
​темным​Тебе твой мальчик ​
​в Рай, подальше от людей!​болтовне, как будто невзначай,​
​безногий,​

​Как много забвением ​


​свой полет.​дорогу​

​И в светской ​

​А вечер кричит,​Марина Ивановна ЦВЕТАЕВА​

​Летит в конечный ​

​чтоб направил он ​
​русских дам Флобера;​
​Ковна.​(Бекетова) (1860 — 1923)​
​Звезда, сверкнув на небосклоне,​и построже, Чародей,​

​Столь непонятного для ​
​пальцы улиц ломала ​Александра Андреевна Блок ​
​Слезинку тайно оброня.​Ты скажи Единорогу​
​И не бранит, гордясь критическим чутьём,​костелов,​

​8 марта 1901​Вздохнешь, как будто ненароком,​
​должный срок.​книг Лёмерра​
​слезя золотые глаза ​Шлет свои дары.​
​меня,​мы проснёмся в ​

​Изящные листы французских ​
​вкована,​Это бог лазурный, нежный​
​Взглянув тревожно на ​диване​
​перламутр оправленным ножом​

​как, поцелуем в обрубок ​Но ясней миры.​
​любовью, не с упреком,​вновь на папином ​
​Не режет в ​села,​
​мятежной,​А ты с ​

​ни умчал Единорог,​
​вижу драмы!..»​Сбежались смотреть литовские ​
​И больней душе ​забывать?»​
​ночном тумане​Привлечь, и заключить: «Я здесь не ​

​с зажатой обоймой.​
​Проникает взгляд.​
​Я начал маму ​"Ах, куда б в ​
​автора на суд​на мертвый кулак ​

​в иные дали​Сожмется сердце: «Неужели,​
​Ах, разгаданы все сны!​Подробно разобрать и ​
​страшно косится​Но чрез них ​
​Куда-то мчусь, но вдруг опять​Ах, рассказаны все сказки!​

​пять минут​И глаз новолуния ​
​Нежностью объят.​карусели.​
​бледны,​«Сонату Крейцера» не может в ​
​дорогой мой!»​печали,​
​Кружусь на шумной ​

​щечки вялы и ​литературной дамы:​

​дорогой,​Шлет невзгоды и ​

​Вниманья чувствовала ты.​глазки,​

​Она — не модный тип ​«Убит,​

​Шлет свои дары.​

​мало​Но устало смотрят ​

​МАМА​

​визжали:​Бог лазурный, чистый, нежный​

​так в жизни ​плач цветов?"​

​Дмитрий МЕРЕЖКОВСКИЙ​из синего ситца​

​Тем ясней миры.​И от меня ​хор детей и ​

​Мадонн похожи...​Звезды в платочках ​

​мятежной,​Я — пленник глупой суеты,​

​фонтана​

​На руки девственных ​

​расплакался, бедный, на шее Варшавы.​Чем больней душе ​

​Мне горько, мама, грустно, мама,​мы услышим у ​

​тонким цветом кожи​надломивши тучные плечи,​

​22 ноября 1899​

​Седую голову свою.​меж гигантских мотыльков​

​И пальцы были ​и вдруг —​

​Бессильный труд, безвестная утрата?​клоню ладони​

​у Великана​

​Духи я помню, — белую сирень...​шершавый,​

​земле гнетет​И на твои ​

​Иль в саду ​жаром, —​

​кургузый,​тосклив, и нас к ​

​сердце не таю​надо всем, что на земле?​

​руки с детским ​Крепился долго,​

​И сам покой ​Я боли в ​

​и оттуда посмеемся​

​Я целовал ей ​вечер.​

​нас наложен гнет?​

​сегодня в доме,​на воздушном корабле,​

​Унылую, страдальческую тень...​Сейчас притащили израненный ​

​За чей-то грех на ​Вот мы одни ​

​взовьемся​больном, хотя не старом,​

​Ма — а — а — ма!​умам поверить, что когда-то​

​Как маленький, перед тобой.​Или с хохотом ​

​В лице уже ​камнем!​

​И нашим ли ​

​часто,​мы орех Каракатук?​вечную мигрень,​

​громыхающим под ядрами ​Не можем зреть, зачем тоска сильна.​

​Зато теперь робею ​скоро​

​Я помню мамы ​весь воздух вымощен​

​зимние туманы​перед судьбой,​

​иль добудем очень ​недаром:​

​Видите —​Ни ты, ни я сквозь ​

​Я не робел ​вдруг,​

​путь она прошла ​Что вы мямлите, мама, мне?​

​И, милый друг, чем уврачуешь раны?​

​причастный,​мы втроем очнемся ​

​С ним долгий ​Дым еще!​

​Как уследишь ты, чем душа больна,​

​Но годы шли, и к ним ​

​стране фарфора​тихом уголке своем.​

​Дым.​Тоскующий покой, какая-то утрата.​

​Все наставления твои.​иль опять в ​

​Мы жили в ​Дым.​

​бессилие труда,​упрямством взрослым​

​как бывало, полетим,​крепла, и вдвоем​

​Мама, громче!​Объемлет сирый дух ​

​И отвергал с ​пигмеям,​

​Но дружба наша ​

​Письмо.​

​Ночь зимняя тускла ​кругу семьи​к великанам иль ​

​тебя встретит​Месяц холодный тебе ​

​холодной луне!​

​Видишь, прорезал эфир бестелесный​

​Александр Александрович БЛОК​

​таю​Только не по ​

​в радугу свивали.​

​Охнула кормилица, тут и породила.​ей кололи,​

​Матушка в купальницу ​Нашу печь, петуха и кров…​

​Говорят, что я скоро ​хвостом.​Шапку-месяц пригнув под ​

​Треплет ветер под ​

​Дорогого гостя встречать.​

​рано,​И закрыли брови ​

​И от счастья ​

​сын ее героем.​

​Молится старушка, утирает слезы,​

​молится старушка.​шушуне.​

​Не грусти так ​

​помощь и отрада,​И молиться не ​

​Не волнуй того, что не сбылось,-​

​Только ты меня ​Воротиться в низенький ​

​нежный​

​бредь.​

​кабацкой драке​

​И тебе в ​

​мне,​твоей избушкой​

​о матерях​

​Марина Ивановна Цветаева​В голосе детском ​

​«Здесь я, княгиня, по благости рока!»​Мама взволнованно к ​

​Это тихонько рояль​— наготове.​

​Бедный разбужен! Черед​— так слаб!​

​сараем;​Александр Александрович Блок​

​Послали весть во ​В невозмутимой тишине​

​Пошли в смятеньи ​Младенца Дева родила.​

​Был вечер поздний ​

​сну.​смолен зеленый за ​

​колдуну отдала,​

​Свекровь-госпожа в терему ​прошла со свечами,​

​к венцу да ​

​Глянула – вижу железные роги,​гнала меня мати​

​Сергей Александрович Есенин​Голову седую на ​

​Сжали руки знамя ​Видит она поле, это поле боя,​Сын в краю ​

​На краю деревни ​«Мой дружок! Ведь мне нельзя ​

​балкон,​

​Ты не поднял ​

​Колокольчики в руке ​Мальчик, знай, что даже из ​

​мамой на лугу​мама!​

​гвоздику. —​Оттого она присела.​

​На голубенькой матроске,​колени​и способность вникать ​

​к кухарке сапа,​правах материнства.​

​Мать поплакала и ​и разговорчивой прачки​

​Глядит в худое ​По скату к ​

​Сидит с ним ​Иль отдать на ​

​Какой он клен?​Облезлый клен​в сон…​

​Себе, любимому,​Живой души не ​

​Даже кукла нахмурилась ​Ах, без мамы ни ​

​наизнанку,​черти​

​игра?​Мама сразу бы ​

​по местам!​

​Сам начистил бы ​

​Я бы вымыл ​

​не терял!​к матери младенцем.​

​Вот почему я ​Как в раннем ​

​никогда воочию.​ночью.​

​О самых первых ​Что может быть ​

​И кажутся каким-то дальним сном​

​не дети.​ухожу!​

​война ни грозила,​победам​

​В холодной ночи, под неласковым небом,​свинцовому ветру.​лесов,​

​Все - сказка, все в дымке, как снежные горы...​жаром ребятам читал.​

​Суровою двойкой дневник ​срок​

​Тебя вспоминаю, такую родную,​Эдуард Асадов​

​грусть,​Мне ведь уже ​

​И ты не ​Самые добрые в ​

​Ну что ж, значит буду потом ​приду.​

​Коль повстречаю в ​кому придется,​

​И в страхе ​Любовь наша крепче ​

​То этим нередко ​должны.​

​двадцать, хоть тридцать лет​И даже предчувствую ​

​Мне ведь уже ​Виктор Коротаев​

​И просто нипочем ​одни​

​Нас долгим взглядом ​

​дневнике,​

​Её, как свет в ​матерей,​

​Я родной своей ​

​Так подходит он ​

​маме,​

​маме –​

​твоя.​

​Навек оставлю в ​Но очень хочется ​

​подари.​

​Поговори со мною, мама,​

​Над колыбелью наклонясь.​

​Что она моя ​Люблю свою маму,​

​Свои все секреты.​

​Веселые песни​

​Игрушки, конфеты,​

​часто на дорогу​

​Так забудь же ​больше нет.​

​Испытать мне в ​

​назад.​

​По-весеннему наш белый ​

​Чтоб скорее от ​

​Чтоб, тебя не видя, умереть.​

​Ничего, родная! Успокойся.​

​и то ж:​

​В старомодном ветxом ​

​Пишут мне, что ты, тая тревогу,​Жив и я. Привет тебе, привет!​

​ветках -​

​Ведь радость бывает ​подсмотреть,​

​Ты все же ​За братьев моих ​

​до погоста​

​Что сын твой ​Плывущий по сонной ​

​на пригорок,​

​Заря окликает другую,​От пугливой шумоты,​

​На дворе обедню ​Старый кот к ​

​за солонкою -​

​Вьется сажа над ​У порога в ​Словно кто-то тороватый​

​Видно, есть мороз.​

​-​Видно грусть оставила ​

​воле всех ветров!​чужд домашний кров...​

​Горькой жизни помыслов ​(Без тебя лишь ​

​вечер мы богаты,​И отраден беглый ​

​Мы услышали твой ​

​Знают цветы: золотое сердечко​Грези меж лилий…​

​Век пятилетний так ​

​Круглая больше не ​воскресном наряде.​

​Прильнувши к подушке, намокшей от слез!..​ласки,​

​мое без пощады​нити из них?..​

​И бродят вокруг ​Там носятся тени ​

​снова?​чешуею,​

​с собою​из далекого рая​

​Кольцом обвилися вкруг ​Чу! Шорох шагов и ​

​луны...​И детские слезы, безвинные слезы,​

​И стали слетать ​моей не шептал.​

​Не знал я,- зато и любви ​По темным углам ​

​Иван Бунин​угла​

​И верой в ​И милый, кроткий голос твой:​

​В нашей комнате. Без мамы.​Я кладу на ​

​Что-то мне заняться ​

​Прилуки​мою руки,​

​Для нее после ​Математику учу.​

​для мамы:​тебя встретит​

​Месяц холодный тебе ​холодной луне!​

​Видишь, прорезал эфир бестелесный​

​Вероника Тушнова​

​пор слышны её ​

​и славные сыновьи ​

​Ещё при входе ​сморщенной рукой.​

​дрожащей головою,​

​золотым древком,​спеша с вокзала ​

​ничего желанней,​ними, мученица-мать!​

​И вам судьбы ​

​Ее уста задумчиво ​печали,​

​меня носила,​

​твои разгладить.​

​наблюдать.​

​а самой оказаться ​Всех бы приветила, всех сдружила,​

​глаз утомленных не ​Долго сидит она ​

​пишет ответы во ​

​в комнате нашей​

​знала обманы, хулу, обиды.​

​делиться удачей, печаль скрывать -​

​пpостит.​

​моего pожденья​

​много лет,​

​печальный​И бyдy я ​

​Я бyдy искать ​Hайдy я палкy ​

​не pасскажy...​

​И я ей ​не выйдем,​

​мне.​

​тишине.​

​Ходит по домy,​

​Hо вот сегодня​Hетоpопливо пpойдёт,​

​Тебе твой мальчик ​

​Вздохнешь, как будто ненароком,​забывать?»​

​Кружусь на шумной ​

​Я — пленник глупой суеты,​сердце не таю​часто,​

​Но годы шли, и к ним ​Слыл неслухом в ​

​Чтобы не забыть ​Дети мира, берегите мать!​

​Мать уйдет - и не изгладить ​

​устали,​

​Берегите мать от ​

​Дайте маме капельку ​

​- подобно мелу​водоворот,​

​Как бы ни ​мать утратив,​

​шушуне.​

​Не грусти так ​помощь и отрада​

​И молиться не ​Не волнуй того, что не сбылось​

​Только ты меня ​Воротиться в низенький ​

​нежный​

​Не такой уж ​Саданул под сердце ​

​вечернем синем мраке​Что ты часто ​

​Тот вечерний несказанный ​Ты жива еще ​

​"Ничего - шепнул он будто,​

​и я молчу".​Я б могла ​

​хотела:​

​И сказала я ​

​Тихо в комнате ​

​завожу,​Елена Благина​

​Ему конца нет.​

​не обманет​затор​

​*«Лихтенштейн» («Lichtenstein») — роман немецкого писателя ​сознанья,​Слово это зов ​

​к солнцу в ​Слово это - древнее, святое!​

​своих подняв.​

​лет!​сейчас впервые​Рвется к звездам, ширится окрест…​Но в душе ​Не ты ли ​Я помню ночь, тепло кроватки,​Напомнишь мне, что он со ​

​и лампадку,​- Ты не поймешь, еще мала, -​теплоты, -​так помог!​

​Я б расставил ​Перемыл бы чашки, ложки,​

​постирал,​

​Я бы время ​

​И отогреет это ​Я был не ​

​других важнее.​

​И мужество терпенья ​под выстрелом,​

​И еще, может десять, десять шагов!​Где молча сидит ​

​отправляюсь,​

​гаммы​Или, может быть, от скуки​

​вечер​

​Мама в городе ​

​Для нее я ​на пляже,​к врачу,​

​Все я делаю ​был, знай, что для мамы ​

​Будет с вами ​

​и тебе.​Главное слово в ​

​Как там дочка, как там сынок ​

​Мама жизнь подарила,​

​льет тогда?​

​— «Мама золотая».​

​напевает,​

​глаз?​

​Кто вас нежно ​нарядила.​

​Туфли новые на ​

​К каждому чулочку.​Белая сорочка –​

​Голову седую на ​

​А в руках ​Видит она поле, поле перед боем,​

​Сын в краю ​старая избушка,​

​палубе стоим.​И плывет по ​

​Скучен смех и ​

​малюток мимо​

​клонясь неутомимо,​Все, чем в лучший ​

​живые​

​штраусовском впервые​Тихо перышком скриплю.​

​Испишу я всю ​

​Это я пишу ​Ну-ка, М,​

​теме. Множество! А еще есть ​один. Тот же Есенин ​

​для детейпро рассветпро ​домашних животныхпро животныхпро ​

​сестрео солнцео спортео ​

​погодео подругео природе ​

​мужчинео любви на ​

​закатео здоровьео землео ​

​вечерео временах годао ​векСоветскиеЮмористическиегрустныедлинныеколыбельныекороткиелирическиелучшиео Волгео Грузиио ​

​мужчинеО музеО музыкеО ​

​детейЗолотой векКлассикаКолыбельныеМистикаНезаконченныеО веснеО ​• Про маму​

​поют​

​Горделиво и вольно ​лесу​

​Зеленеет трава за ​

​И копна темно-русых волос​

​лета.​красота,​

​И тени от ​

​счастье очаруешь…​меня клонит.​

​«Ангел-хранитель над тобой!»​

​от нас...​

​Глядим мы со ​

​о воздух ударяются ​

​ступеням лет​

​Нам это только ​

​Не замечая этот ​

​Уходят наши матери ​шибко обо мне.​

​Ты одна мне ​

​учи меня. Не надо!​Слишком раннюю утрату ​

​уж на рассвете​наш дом​

​И мечтаю только ​

​горький я пропойца,​

​финский нож​Часто видится одно ​

​ходишь на дорогу​

​свет​

​моя старушка?​у городских ворот ​

​своего,​

​Иди мой младший, мой любимый,​

​всего,​и средний тоже ​

​— Слышу, маршал.​и дрогнуло ее ​

​Бери оружье, Ленинград! -​

​Вставал рассвет балтийский​танца, —​

​«Мама.​

​лоб, венчанный шляпой фетровой,​

​это мысли сумасшедшей ​

​больной​

​что увижу опять​

​вихрастые ромашки, шагом меряя, мучу.​

​У меня есть ​ей решетка,​

​Не грусти! Ей смерть была ​

​горьком плаче:​

​Чуть вдали завиделись ​

​мая…​глаза,​

​мне нет силы.​Вы бродили с ​

​звезду…​матери. И мать,​

​«Вон ту звезду…» – «А для чего?» – «Играть…»​Краснеет одинокая звезда.​

​Ведущих в сад. А сад, степной, глухой,​

​Спустилась мгла, туманами чревата.​

​Холод могильный везде ​

​в сердечном огне?​

​Полно стремиться к ​

​под луной,​

​(1873-1955 гг.)​

​Как снежинка белая, в просини я ​

​мне пророчит.​

​Зори меня вешние ​судорга схватила,​

​Травы ворожбиные ноги ​

​коров.​и гостя,​

​горнице свет.​

​Над равниною красным ​

​завтра промчится,​

​на лугу.​

​дорожным курганом​

​Разбуди меня завтра ​

​руки склонила.​застывших вражеское знамя.​

​Где лежит убитым ​

​далеком родину спасает.​

​Там перед иконой ​

​В старомодном ветxом ​

​про свою тревогу,​Ты одна мне ​

​жизни привелось.​Не буди того, что отмечалось,​

​сад.​тоски мятежной​

​я по-прежнему такой же ​Это только тягостная ​

​Будто кто-то мне в ​шушуне.​

​Загрустила шибко обо ​Пусть струится над ​

​связанные с воспоминаниями ​

​Горькая проза!​

​—«Мама, смотри: паутинка в котлете!»​

​у графа:​

​кубиков домик!»​

​В зале — дрожащие звуки…​

​В темном углу ​Сонные глазки ручонкой:​

​Свет из окошка ​

​Треплется хмель над ​

​Улыбку видели гонцы.​

​Владыки, полные заботы,​

​и чудо:​веретена,​

​голос новый –​

​Иван Алексеевич Бунин​

​«Сынок, не буди меня: клонит старуху ко ​

​И черен и ​

​я в бору ​

​Иван Алексеевич Бунин​Ой, да я лесы ​

​Вела меня Мати ​

​Слышу – дверные крюки заскрипели,​В темные лесы ​

​А из глаз, как бисер, сыплются слезинки.​

​она застыла,​

​запеклася рана,​

​усталых расцветают грезы.​

​Молится старушка, сына поминает,​

​Марина Ивановна Цветаева​

​горьком плаче:​Чуть вдали завиделись ​

​мая…​

​глаза,​мне нет силы.​

​Вы бродили с ​Что-то очень медлит ​

​—Пальцы только мнут ​

​Крошке приколоть, —​

​прическе,​Мама стала на ​

​унаследовал запах​Как роется дворником ​

​любил поспорить о ​тачке.​

​От страсти извозчика ​

​нежной​ночи,​

​Дай, мамочка…» Она, обняв его,​вешать​

​былом.​Близость похорон.​

​Так и клонит ​

​я не полажу,​Прядите, дни, свою былую пряжу,​

​детвора,​Спать пора!​

​Братец шубу надел ​В зале страшно: там ведьмы и ​

​Если думать — то где же ​так помог!​

​Я б расставил ​Перемыл бы чашки, ложки,​

​постирал,​Я бы время ​

​Как подходил я ​Овеянный воспоминаньем детства.​

​И на пути, завещанном тобой,​И не увидеть ​

​и днем и ​

​шептать​

​— бесконечно милый.​на другой планете.​

​Нам справиться, и мы уже ​И утром, не дрогнув, я в бой ​

​в пути мне ​мною к далеким ​

​Ты здесь, ты со мною, родная моя!​

​Иду я навстречу ​И где-то по-мирному в гуще ​

​Приятели, книжки, московские споры -​Стихи свои с ​

​Грустила ты, если мне физик, бывало,​вечно не в ​

​привет,​

​Спи, мама. Спи крепко. Спокойной ночи!​

​Прошу тебя: выбрось из сердца ​

​за вопросом вопрос.​вечно дети!​

​расцеловать,​поступлю не так,​

​Сразу почувствую и ​куда-то в яму,​

​Не выйду навстречу ​

​Верь мне, пожалуйста, очень верь!​

​Родная моя, не смотри устало!​

​Когда ж заставляют: скажи да скажи! -​Как-то меняться уже ​Пускай им хоть ​на свете,​Не надо. Тревоги свои забудь.​Оправдываем их надежды.​дивом.​Как верят матери ​Вздохнут,​Ни единицы в ​В нас, подрастающих детей,​О вера наших ​По секрету скажу:​пропах,​Так подходит он ​

​Так идут они ​Мне песня тихая ​Минуты сказочные эти​пройден путь.​Мне снова детство ​нить оборвалась.​ты мне пела,​то,​это.​Я ей открываю​это.​Мне мама приносит​Не xоди так ​несказанный свет.​

​К старому возврата ​

​и усталость​

​Не буди, как восемь лет ​Я вернусь, когда раскинет ветви​

​лишь о том,​

​горький я пропойца,​

​финский нож.​

​Часто видится одно ​

​xодишь на дорогу​свет.​

​Ты жива еще, моя старушка?​

​И мне - чем сгнивать на ​

​медь.​

​И время тебе ​А сестры росли, как май,​

​и просто​

​Потом ты идешь ​грустью большой,​

​лунный опорок,​

​Как прежде ходя ​Сергей Есенин​

​на сени скатые,​

​Над оглоблями сохи,​

​Нагибается низко,​

​А на лавке ​

​паз.​Пахнет рыхлыми драченами,​

​Погляди хоть ты!​

​Посветлело, побелело -​Мама! глянь-ка из окошка ​

​палубе стоим.​

​И плывет по ​

​Скучен смех и ​

​малюток мимо​клонясь неутомимо,​

​Все, чем в лучший ​

​живые​

​штраусовском впервые​в новой кровати).​

​Грези, никто не тревожит,​

​Сердце ребенка.​

​Детской головки, видавшей так мало,​

​Дремлет малютка в ​утомленные глазки,​

​И под тихие ​Опять они сердце ​

​И нижут жемчужные ​

​слетают​

​струях фимиама святого​

​райские песни мне ​рыбок с цветной ​

​ночи, взяла ль ты ​Какие ж дары ​

​Вот тихое «здравствуй", и чьи-то объятья​мной уж, заветные сны!..​

​Таинственный свет серебристой ​дивные речи шептать,​

​И с чуткой, болезненно-чуткой душой...​

​Никто над кроваткой ​

​Меня окружало довольство, лишений​чужою семьей,​

​ангелом была?​

​Лампадку в сумраке ​

​мной,​

​Игрушки, теплую кроватку​

​гаммы​

​Или, может быть, от скуки​вечер​

​Мама в городе ​

​Для нее я ​на пляже,​

​к врачу,​

​Все я делаю ​

​Холод могильный везде ​

​в сердечном огне?​Полно стремиться к ​

​под луной,​

​домашние ржаные пироги.​

​мне до сих ​пожитки​

​горячий и сухой.​водя по стенам ​

​Она прошла с ​

​виднелось знамя с ​опоздала,​

​В которые нет ​Не плачь над ​

​прямою​нее играли,​

​Она была исполнена ​

​так, как у сердца ​

​все бы морщины ​за шумным праздником ​

​за столом собрать,​

​своею лучистою добротой.​

​покой),​Совесть людская. Мама моя.​

​Не позабыла, не поленилась -​

​Только до позднего ​Старенькая. Ведь видала виды,​

​-​

​И мама меня ​

​И в день ​

​И вот пpойдёт ​И бyдy всегда ​

​Стpоить мосты пойдy!​по следy,​

​найдy,​

​И я ей ​

​не помашет,​Из домy вместе ​

​Hе pазpеветься бы ​

​Вдpyг зазвyчал в ​Мама по-пpежнемy​

​Поёт.​

​В фаpтyке белом​свой полет.​

​меня,​Я начал маму ​

​Вниманья чувствовала ты.​

​Мне горько, мама, грустно, мама,​

​Я боли в ​

​Зато теперь робею ​

​Все наставления твои.​

​Мальчишка горский, я несносным​

​наша жизнь темна,​Заклинаю: берегите маму!​

​черных шалей!​

​Если ваши матери ​Будьте, дети, ласковее с ней,​

​очерствело,​Боль за сыновей ​

​бы в свой ​

​Вслушайтесь - молю! - в мои слова!​

​Трудно жить навеки ​В старомодном ветхом ​

​про свою тревогу,​

​Ты одна мне ​

​жизни привелось.​Не буди, того, что отмечталось​

​сад​тоски мятежной​

​Я по-прежнему такой же ​бредь​

​кабацкой драке​И тебе в ​

​мне,​твоей избушкой​

​Сергей Есенин​ко мне.​

​Но мама спит ​

​пропела,​Я бы многого ​

​Луч крадется золотой.​игрушки,​

​Я волчка не ​

​ПОСИДИМ В ТИШИНЕ​

​всего.​Слово это сроду ​

​И, пробившись сквозь любой ​Это искра первого ​

​слове этом - жизнь.​

​Как травинки рвутся ​красе​

​Небо на плечах ​

​Встаньте, дети наших бурных ​Но когда скажу ​воле,​

​не гимн пою,​цепей лампадки...​Я помню, помню голос твой!​

​Ты перекрестишь, поцелуешь,​Я помню спальню ​

​денечки?​

​- Мне не хватает ​Я бы маме ​

​сам​комнате подмел,​

​Я б рубашки ​

​я девчонкой -​мне доверься​

​иль ней.​

​Что может быть ​

​быстрого,​Есть мужество стоять ​

​И сделать шаг... и ещё​соседнюю комнату,​

​Я решил и ​И звучат печально ​

​привычке​И сегодня целый ​

​в разлуке,​речке даже.​

​Я один сидел ​Для нее хожу ​

​Агния Барто​Кем бы ни ​

​Мама - самый лучший, надежный друг -​

​Жизнь подарила мне ​

​Мама - первое слово,​

​Мама потихоньку всплакнет,​каждой судьбе.​

​Кто же слёзы ​даpит?​

​Кто вам песни ​Hе смыкая ночью ​

​Кто вас, дети, больше любит,​К Маю дочку ​

​горошках,​По резинке пристегнула​

​А из глаз, как бисер, сыплются слезинки.​

​она застыла,​

​брызжет кровь, что пламя,​усталых расцветают грезы.​

​поминает,​На краю деревни ​

​Мы одни на ​отчален​нам близок, кто печален,​

​Ты вела своих ​К детским снам ​

​Упиваясь близостью конца.​нам чужды все ​

​В старом вальсе ​МАМА, МАМА, МАМА, МАМА... -​

​Букву «М» и букву «А».​МА и МА, а вместе — МА-МА!​

​найдутся.​стихов в этой ​

​стих своей матери, кто-то даже не ​

​облакапро одиночествопро папу ​бабушкупро глазапро дедушкупро ​для детейо родителяхо ​

​несчастной любвио ночио ​девушкео любви к ​

​душео женской красотео ​

​богео вдохновениио ветрео ​школеОб историиОб осениПереводыПесниПоэмыРомантическиеСатирическиеСеребряный ​

​любвиО мамеО молодостиО ​

​строки28 строк4 строкиБасниДля ​песня не та.​

​Слышно ль, женщины в поле ​

​глядя красу,​Молодая береза в ​

​земле молодой,​

​померкли от слёз​

​Словно легкие птицы ​Не стареет твоя ​

​угла​И верой в ​

​К ее плечу ​И милый, кроткий голос твой:​

​Уходят наши матери ​Мы опоздали. Пробил страшный час.​

​Но руки вдруг ​

​Шагами маленькими по ​сразу, нет,​

​спим, едой насытившись,​шушуне.​Не грусти так ​

​помощь и отрада​

​И молиться не ​Не волнуй того, что не сбылось​

​Только ты меня ​

​Воротиться в низенький ​нежный​

​Не такой уж ​Саданул под сердце ​

​вечернем синем мраке​Что ты часто ​

​Тот вечерний несказанный ​Ты жива еще ​

​гранаты трогая кольцо, -​во имя права ​

​его.​ему семнадцать лет ​

​сын мой старший,​

​Она сказала:​бойцов,​

​опасность.​

​витрин Аванцо?..»​

​сбитой каблуками облачного ​вой:​И когда мой ​

​Мама знает —​А у мамы ​

​веря,​в пестрых павах,​

​облака.​

​Здесь дремать мешала ​сердце нам закон!»​

​Зашептала мама в ​твоя слеза.​

​пело в вечер ​Ты тихонько опустил ​

​Кончен день, и жить во ​ты порой!​

​На тихую далекую ​

​Спит на колене ​личико: «Что, милый?»​

​балке. В небе, на востоке,​на балконе, на ступеньках,​

​Июль 1898​нет сил...​

​Мало ли жару ​это звездное море,​

​Дымные тучки плывут ​Мать Сергея Есенина, Татьяна Федоровна Титова ​глаза и брови.​

​Сутемень колдовная счастье ​одеяле.​

​Не дознамо печени ​по росе бродила.​

​Молоко твоих рыжих ​

​Воспою я тебя ​Засвети в нашей ​кобылица​

​На рассвете он ​

​След широких колес ​Я пойду за ​

​1914 г.​Голову седую на ​

​А в руках ​

​Из "СЕМЕЙНОЙ ИДИЛЛИИ"*​

​Видит она поле, поле перед боем,​

​Сын в краю ​старая избушка,​

​часто на дорогу​Так забудь же ​

​больше нет.​Испытать мне в ​

​назад.​По-весеннему наш белый ​

​Чтоб скорее от ​Чтоб, тебя не видя, умереть.​

​Ничего, родная! Успокойся.​и то ж:​

​В старомодном ветxом ​

​Пишут мне, что ты, тая тревогу,​Жив и я. Привет тебе, привет!​

​Стихи поэтов-классиков, посвящённые матерям,​вымыслов: дети —​

​Мама душою — далеко!​

​…Гневом глаза загорелись ​

​—«Мама, построй мне из ​Bourget** с улыбкою банальной...​

​Куколке солнышка жаль!​таз​

​трет​

​на дворик…​

​Ветром колеблется хмель,​

​Искариота​В холодной маске, на коне.​

​И было знаменье ​Как долгий визг ​

​Над бездной плакал ​

​сосну»​топор:​

​корню развела.​Серьгу и кольцо ​

​со слезами,​За быстрые реки, за белые горы.​

​за правую руку,​

​– куры не пели,​ночью пришла я:​редкие сединки,​

​с горем вся ​На груди широкой ​

​А в глазах ​молится старушка.​

​сердце нам закон!»​

​Зашептала мама в ​

​твоя слеза.​

​пело в вечер ​Ты тихонько опустил ​

​Кончен день, и жить во ​Марина Ивановна Цветаева​

​—«Не вертись, дружок, стой прямо!»​травы вплоть.​

​Маме хочется гвоздику​Солнце пляшет на ​

​Владимир Владимирович Маяковский​от мамаши мальчик ​уклона в свинство.​

​родословные,​Мальчик — не мусор, не вывезешь на ​

​Иван Алексеевич Бунин​«Дай, мамочка…» Она с улыбкой ​

​Идет, темнея, в сумрак летней ​

​«Дай мне звезду,– твердит ребенок сонный,—​

​На нем бы ​В небо о ​

​Как будто чуя​Долит зевота,​

​Никогда с собой ​Марина Ивановна Цветаева​

​Приуныла в углах ​гувернантку…​

​Спать пора!​Спать пора!​

​Жди вопроса, придумывай числа…​Я бы маме ​

​сам​

​комнате подмел,​

​Я б рубашки ​я девчонкой -​

​с открытым сердцем,​этот мир люблю,​

​* Герои поэмы "Семейная идиллия" — реальные члены семьи ​всегда была святыней.​ладонь.​

​** Paul Bourget — Поль Шарль Жозеф ​Жгли щеки детские ​Не уставали матери ​

​И женский образ ​Как будто даже ​так легко​благословила,​И чем бы ​И вместе со ​

​-​

​Памяти моей матери*​

​За жизнь, за тебя, за родные края​Застыли орудья, как стадо слонов,​

​А поняли, может, лишь тут, на войне:​

​сводами зала​Свистя беззаботно, на первый урок.​

​Немного лентяя и ​

​Тебе посылаю сыновний ​Не бойся, родная. Я скоро вернусь!​

​меня всерьез.​Готовя в душе ​

​Дети, они же не ​

​Дай твои руки ​

​А если порой ​

​за советом, мама,​И не полезу ​

​Ведь я по-глупому не влюблюсь,​плохо меня воспитала?​

​к лжи.​Ведь есть же, ну, личное очень что-то!​

​средства​для матери дети,​

​Я знаю, уж так повелось ​все ждешь упрямо?​

​Вот только мы-то не всегда​

​Не почитают это ​И снова верят, верят, верят.​

​* Мать С. Парнок — Александра Абрамовна Парнох, урождённая Идельсон (1853—1895), врач. Она умерла, когда Софии было ​Уж матери — такой народ –​

​на свете:​

​Святая, трепетная вера​

​О.Бондур​Но скажу, между нами,​

​Сразу дом наш ​Завтрак – вот он, готов!​

​Пахнет мамин наряд,​на свете​

​детство заглянуть.​

​Немалый в жизни ​

​до самой —​

​И в детство ​Давно ли песни ​

​Ну просто за ​Не только за ​

​Никогда не бывает.​Совсем не за ​

​С.Есенин​шибко обо мне.​

​Ты одна мне ​

​учи меня. Не надо!​Слишком раннюю утрату ​

​уж на рассвете​

​наш дом.​

​И мечтаю только ​

​Не такой уж ​Саданул под сердце ​

​вечернем синем мраке​

​Что ты часто ​Тот вечерний несказанный ​

​Сергей Есенин​поутру,​

​Терять своих листьев ​Довольно скорбеть! Довольно!​

​ножевые,​Вздыхаешь так нежно ​

​душой.​

​С тревогой и ​

​Ты смотришь на ​

​Моя одряхлевшая мать.​

​Заползают в хомуты.​

​А в окне ​

​Квохчут куры беспокойные​

​не сладится,​попелиц,​

​Тараканы лезут в ​А.Фет​

​иней -​Грязи нет, весь двор одело,​

​Марина Цветаева​Мы одни на ​

​отчален​

​нам близок, кто печален,​

​Ты вела своих ​К детским снам ​

​Упиваясь близостью конца.​нам чужды все ​

​В старом вальсе ​

​(Тесно ей кажется ​шалили!​

​знало​Русые пряди;​

​гробик.​

​Я сладко смыкал ​Скорей же, скорей!.."​

​их!-​молитв собирают​

​полночь на землю ​

​И в синих ​Споешь ли ты ​

​Из рек его ​

​Как в прошлые ​

​О милая мама!.. Ты снова пришла!​

​и слышней...​

​А сны надо ​Ночь... В комнате душно... Сквозь шторы струится​

​И стали мне ​

​С умом, не по-детски печалью развитым,​

​ночи тревожных молений​

​подачки людской.​

​Из прихоти взятый ​

​Не ты ли ​

​Я помню ночь, тепло кроватки,​

​Напомнишь мне, что он со ​

​и лампадку,​

​И звучат печально ​

​привычке​

​И сегодня целый ​

​в разлуке,​

​речке даже.​

​Я один сидел ​

​Для нее хожу ​

​Александр Александрович Блок​

​нет сил…​

​Мало ли жару ​это звездное море,​

​Дымные тучки плывут ​

​солдатам​

​в палату, -​

​Ей отдали нехитрые ​

​что взгляд такой ​

​незрячей,​

​и звук литавр, казалось, не погас…​

​окна зала​

​Она совсем немного ​

​Есть времена, есть целые века,​

​их тоскою,​

​Пойдете вы дорогою ​

​Три отрока вокруг ​

​Ярослав Смеляков​

​что, сознавая мужскую силу,​

​ладить,​и оттуда неслышно​

​Всех бы людей ​

​обогревая​

​(дельная - рано ей на ​

​кого - подбодрит, а кого - поправит.​

​письмом склонилась.​Окна погасли. Фонарь погашен.​

​сама - на сундук, а гостям - кровать.​- увенчанный и увечный ​

​мама,​

​Мама возьмёт билет.​вечеp зимний,​

​с боpодой,​

​pекy​

​Я бyдy ходить ​Я хлеба кyсок ​

​pасскажет,​

​Она в окно ​Тепеpь никогда-никогда​он...​

​С особенной силой​не тот.​И, междy делом,​

​Мама по комнатам​Летит в конечный ​

​Взглянув тревожно на ​Сожмется сердце: «Неужели,​

​мало​Седую голову свою.​

​сегодня в доме,​перед судьбой,​

​упрямством взрослым​

​пела нам она!​

​Маме*​

​Чтоб не стала ​унять...​

​Берегите их от ​больней!​

​вы суровы​Если даже сердце ​

​От обид, от тягот, от забот.​

​Как ни влек ​

​братьев​матерью своей!​

​часто на дорогу​Так забудь же ​больше нет​

​Испытать мне в ​назад​

​По-весеннему наш белый ​Чтоб скорее от ​

​видя, умереть.​Это только тягостная ​

​Будто кто-то мне в ​шушуне.​

​Загрустила шибко обо ​Пусть струится над ​

​ПИСЬМО К МАТЕРИ​А потом скользнул ​

​я чего хочу!​

​Я бы песенку ​хочу,​

​подушке​Не шумят мои ​

​играть не стала!​

​"Мама"!​В нем исток ​

​Заглушенный совести укор.​всегда пребудет​- сущего душа.​

​Потому что в ​с зарею новой,​

​Сохраненные во всей ​

​Встаньте, все цветы! И встаньте горы!​

​Павшие, живые!​

​Он гремит - души моей оркестр.​

​И, своей не подчиняясь ​

​И хотя совсем ​И тени от ​

​счастье очаруешь...​«Ангел-хранитель над тобой!»​

​И тащит одеяло.​

​И в летние ​"Молодчина ты, сынок!"​девчонка?​

​Все свои игрушки ​Я бы в ​

​улице не прыгал,​Если был бы ​

​Прости меня и ​Приходишь к нему ​

​такое мужество,​Есть мужество решенья ​

​И тихо сказать: "прости..."​дверь​

​Я иду в ​Эмма Мошковская​

​И зачем-то мою руки.​И наверно по ​

​командировке.​Только мы теперь ​Не купался в ​

​речку лезли,​гаммы,​

​РАЗЛУКА​И, как птица, ввысь улетишь,​

​горе-беда,​

​небо,​

​мама уснет.​Так бывает - ночью бессонною​

​Главное слово в ​Что бывает иногда, -​

​И игpyшки вам ​

​качает,​вас,​

​Золотая прямо!​

​угодила.​Платье красное в ​

​Обувала дочку,​редкие сединки,​

​с горем вся ​На груди широкой ​

​А в глазах ​Молитва старушки сына ​

​Ты, о мама, девочкам своим!​остров — детство,​

​в добрый миг ​С ранних лет ​

​глядел!)​в сердца.​

​Мы, как ты, приветствуем закаты,​С той поры ​

​тебя люблю!​

​МА и МА.​Как писать​

​Дай руку МА.​Барто. а любой вкус ​

​маме. Посмотрите сколько его ​• Каждый поэт посвятил ​

​детейпро морозпро обидупро ​Италиипатриотическиепро Ленинапро Уралпро ​расставаниио революциио родине ​музыкео небео нежностио ​

​летео любви к ​и злео дождео ​

​безответной любвио березео ​

​семьеО смертиО счастьеО ​жизниО зимеО космосеО ​

​строк20 строк22 строки24 ​

​Без него будто ​красота,​

​На твою она ​Расступается, кланяясь, рожь.​Ты идёшь по ​

​И глаза не ​ней​ангелом была?​

​Лампадку в сумраке ​мной,​

​А сладкий сон, глаза туманя,​Игрушки, теплую кроватку​

​колоннами​стеклянная стена!​

​очнувшись ото сна,​

​и странно,​

​от нас не ​

​А мы спокойно ​

​В старомодном ветхом ​про свою тревогу,​

​Ты одна мне ​

​жизни привелось.​Не буди, того, что отмечталось​

​сад​

​тоски мятежной​

​Я по-прежнему такой же ​бредь​

​кабацкой драке​

​И тебе в ​

​мне,​твоей избушкой​

​бойцов.​И, хищникам пророча горе,​

​...На бранный труд, на бой, на муки,​я отдаю теперь ​

​со мною рядом,​

​Уже на фронте ​

​во взоре.​

​седая мать двоих ​— Над нами грозная ​

​вывеской заломленные у ​вазы вашей муки,​

​раздвинув басом ветра ​

​Шустова.​угла пустого.​

​тучу.​подхожу к окошку,​

​А я гуляю ​Там, в саду, где Бог и ​

​лучшая находка!​

​До конца лишь ​

​окна белой дачи,​Что смутит ее ​

​Все цвело и ​Я тебя, как прежде, берегу!»​

​шепнула: «Милый!​Мерцанью звезд подобна ​

​глазами​

​скликаются. Ребенок​Глядит в худое ​

​По скату к ​Сидит с ним ​

​чужда.​безотрадных светил...​

​Звезд отдаленных достигнуть ​

​в житейском просторе?​Полно смотреть в ​

​небесной​заметаю.​

​Выбираю удалью и ​зрелости, внук купальской ночи,​

​песнями в травном ​

​купырях от боли.​Босая с подтыками ​

​мои прольется​

​Знаменитый русский поэт.​

​рано,​

​И игриво взмахнет ​Золотую его дугу.​

​в пуще​

​мать!​А из глаз, как бисер, сыплются слезинки.​

​она застыла,​брызжет кровь, что пламя,​

​усталых расцветают грезы.​поминает,​

​На краю деревни ​Не xоди так ​

​несказанный свет.​

​К старому возврата ​

​и усталость​Не буди, как восемь лет ​

​я вернусь, когда раскинет ветви​

​лишь о том,​горький я пропойца,​

​финский нож.​Часто видится одно ​

​xодишь на дорогу​

​свет.​

​Ты жива еще, моя старушка?​несказанный свет..." (Стихи о матери)​

​Мама очнулась от ​

​не тонет жирафа?»​

​Маленький томик.​

​…Сдавленный шепот… Сверканье кинжала…​Мрачно нахмурила брови:​

​Мыльная губка и ​Братец в раздумии ​

​Льется и льется ​Осенью кажется раем.​

​И на губах ​Иуда​

​И царь, и отрок, и жена.​и протяжный,​

​Звезда-предвестница взошла.​

​дерева – ель да рудую ​

​Сынок твой воротится, сыщет под лавкой ​

​да на сладком ​

​Спи, ро́дная, спи, я одна, молода, убралась!​

​плыла по рекам ​

​За темные лесы, за синие боры,​

​Брала меня Мати ​

​Много смолола я ​

​В избу пустую ​

​И закрыли брови ​

​И от счастья ​

​поле — павшего героя.​

​Молится старушка, утирает слезы,​

​Там перед иконой ​До конца лишь ​

​окна белой дачи,​

​Что смутит ее ​

​Все цвело и ​Я тебя, как прежде, берегу!»​

​шепнула: «Милый!​Ищет маленький уловку.​

​Опустил на грудь.​Льнут к ней ​

​Только там, за домом, тени…​траве.​

​мыла.​кальсоны мыла;​

​оберегало мальчика от ​

​Отец, в разговорах вспоминая ​

​результате вытек.​

​«Вон ту звезду…» – «А для чего?» – «Играть…»​Краснеет одинокая звезда.​

​Ведущих в сад. А сад, степной, глухой,​Сергей Александрович Есенин​

​позорный —​Гнусавит хрипло​

​Протяжный ветр рыдает,​Хочу читать, а книга выпадает,​

​Нет!​Спать пора!​

​смысла!​—Но устанешь пугать ​

​Папа болен, мама в концерте…​

​кисло…​"Молодчина ты, сынок!"​

​девчонка?​Все свои игрушки ​

​Я бы в ​улице не прыгал,​

​Если был бы ​В семнадцатом году ​

​Вот почему я ​Ты для меня ​

​теперь в одну ​О, сколько слов, горячих, как огонь,​

​О, сколько губ, трепещущих и нежных,​Деревья сада, двухэтажный дом​

​где-то далеко,​

​Приходит старость. С ней не ​Я знаю, что ты меня ​

​идешь.​поешь​

​нами сейчас километры ​

​кукушки...​Сейчас передышка. Сойдясь у опушки,​

​Мы все, что имели, не очень ценили,​

​Гордилась, когда я под ​

​портфелем под мышкой,​

​Читаешь письмо ты, а видишь мальчишку,​пишу я,​

​тебя не точит.​Пойми. И взгляни на ​

​упрямо,​Не надо, мама, меня ревновать,​

​И лучше синяк, чем стеклянный колпак.​

​ведь быть смелее,​Я тотчас приду ​

​не свяжусь.​не бьется,​

​Ну разве ты ​Тебя вынуждают прибегнуть ​

​не нужны.​с годами былые ​

​Что дети всегда ​

​Мне больше! И в этом, пожалуй, суть.​

​не спишь и ​

​Их вере, трепетной и нежной,​

​И — не крикливые — они​Пусть перебесятся, пройдет,​

​соседей.​

​Не вытравит ничто ​

​меры,​

​Больше всех подхожу!​

​Этот запах бумаг.​

​В понедельник – делами​

​В воскресенье – блинами,​

​По субботам духами​

​Дороже всех наград ​Мне снова в ​

​судьбою,​

​До звездной полночи ​

​пролетело,​

​Л.Давыдова​

​прямо,​я​

​Нам скучно вдвоем​я​

​шушуне.​Не грусти так ​

​помощь и отрада,​

​И молиться не ​Не волнуй того, что не сбылось,-​

​Только ты меня ​Воротиться в низенький ​

​нежный​бредь.​

​кабацкой драке​И тебе в ​

​мне,​твоей избушкой​

​на ветру.​

​Как вешняя звень ​больно​

​Печально не подымай.​Пускай мы росли ​

​в упор,​Совсем не болеет ​

​И думаешь горько, я знаю,​в руке,​

​Я вспомнил тебя, дорогую,​кудлатые​

​Запевают петухи.​На парное молоко.​

​Мать с ухватами ​

​В печке нитки ​Над печурками точеными​

​Все убрал кусты.​

​По ветвям развешен ​Умывала нос:​

​Ты, о мама, девочкам своим!​

​остров — детство,​

​в добрый миг ​С ранних лет ​

​глядел!)​

​в сердца.​

​Мы, как ты, приветствуем закаты,​С той поры ​

​Марина Ивановна Цветаева​

​ней поближе местечко,​

​Много проворные ручки ​

​Только о радостном ​

​на лобик​

​Мама светло разукрасила ​

​грез,​

​своих...​Сегодня - о, как ненавижу я ​

​И чистые слезы ​

​Как ангелы в ​лучей​

​- ароматных плодов?​

​ярких, как день, мотыльков,​

​с собой принесла?​«Ты здесь, ты со мной, о моя дорогая,​

​Несмелые звуки слышней ​в подушки зарыться,​

​тихо крылами свевать!..​

​грезы,​Пугливым ребенком,- угрюмый, больной,​

​И в тихие ​Изведав всю тяжесть ​

​пало на долю:​цепей лампадки…​

​Я помню, помню голос твой!​

​Ты перекрестишь, поцелуешь,​Я помню спальню ​

​И зачем-то мою руки.​

​И наверно по ​командировке.​

​Только мы теперь ​

​Не купался в ​речку лезли,​

​гаммы,​

​безотрадных светил…​Звезд отдаленных достигнуть ​

​в житейском просторе?​

​Полно смотреть в ​

​небесной​и молчаливо раздала ​Потом старуха поднялась ​

​узнала, верно, обо всём она.​

​плачет,​

​Она прошла походкою ​лежала хвоя,​

​Ещё в распахнутые ​

​Николай Алексеевич Некрасов​с молодости ранней:​

​Не омрачай веселья ​

​«Несчастные! зачем родились вы?​резвы​

​я тебя ношу.​

​пишу,​

​тобою все время ​

​сесть в уголок ​переженила.​

​ближних и дальних ​

​отодвигая седую прядку​кого - пожалеет, кого - поздравит,​

​Это она над ​ей ученье впрок.​

​выслушает, ночевать оставит:​Приди к ней ​

​И выйдет оттyда ​самолёт pеактивный​

​И вот бyдет ​

​И бyдy я ​

​И чеpез бypнyю ​Уйдy я, yйдy в тайгy!​

​за плечи,​Она ничего не ​

​ней никyда.​обидел,​

​В сеpдце вносил ​Голос знакомый​

​Словно совсем и ​Занята делом​

​Седую голову кладет.​Звезда, сверкнув на небосклоне,​

​любовью, не с упреком,​Куда-то мчусь, но вдруг опять​

​так в жизни ​

​клоню ладони​Вот мы одни ​

​Я не робел ​

​И отвергал с ​Тех, что в детстве ​

​не проникла плесень,​

​Мать умрет, и боли не ​

​им дать должны...​

​Знайте, дети ранят всех ​

​Если стали сердцем ​добела.​

​берегите,​событий,​

​Именем моих погибших ​

​Чем расстаться с ​

​Не ходи так ​несказанный свет.​

​К старому возврата ​и усталость​

​Не буди, как восемь лет ​Я вернусь, когда раскинет ветви​

​лишь о том,​Чтоб тебя не ​

​Ничего, родная, успокойся.​и то ж​

​В старомодном ветхом ​

​Пишут мне, что ты, тая тревогу​

​Жив и я. Привет тебе привет!​тишине".​

​стене,​

​Да мало ль ​мяч катать,​

​"Я тоже двигаться ​А по маминой ​

​сижу.​Ну и я ​

​Я произношу его:​жизни существо.​

​сердцах пробудит​Слово это пусть ​

​В этом слове ​Встаньте все, заслышав это слово,​

​Как леса встают ​выслушайте стоя,​

​Встаньте, распрямитесь стебли трав!​Встаньте, люди!​

​боли​Обретает музыку свою.​Воспеваю то, что вечно ново,​

​угла​И верой в ​

​И милый, кроткий голос твой:​А дочь кричит: - Я поняла! -​

​Дочь удивилась: - Мерзнешь ты​

​сказала:​

​Отчего я не ​

​картошки,​в кухне пол,​

​Я б на ​Тобой обиженное сердце.​

​ужаса,​силах больше мучаться​

​А есть ещё ​тонкого,​

​ней подойти,​И придётся открыть ​

​этот трудный путь.​ТРУДНЫЙ ПУТЬ​

​место спички​

​нечем!​Пятый день в ​

​Ем какие-то морковки…​болезни​

​Все мальчишки в ​Для нее играю ​

​Как и прежде, милый малыш.​Так бывает - станешь взрослее ты​

​В доме вашем ​Мама землю и ​

​Лишь под утро ​и тебе.​

​Мама - первое слово,​

​Hепослyшны, шаловливы,​

​говоpит​

​Колыбель кто вам ​

​И заботится о ​

​–​Вот как мама ​

​Мама девочку одела:​

​Мама песенку тянула,​И закрыли брови ​

​И от счастья ​

​сын ее героем.​

​Молится старушка, утирает слезы,​молится старушка.​

​в наследство​

​Все бледней лазурный ​

​Наш корабль не ​

​и дел.​

​месяц в них ​Нам тобою вложено ​

​бой часов.​

​тихий зов,​

​Вот как я ​

​М и А,​

​Надо знать,​

​Ну-ка, МА,​

​детей от Агнии ​писал о своей ​

​учителяпро футболпро цветыфилософские​

​мамупро маму для ​

​театрео трудео чувствахоб ​радостио радугео разлукео ​

​молитвео морео мужео ​

​детейо кошкахо лесео ​

​деревьяхо детствео добре ​

​Россиио Санкт-Петербургео Северео Сибирио ​

​религииО родинеО свободеО ​

​дружбеО женщинеО животныхО ​

​строк14 строк16 строк18 ​узнают​

​Не стареет твоя ​и бела​

​По полям, по дорогам идёшь​и густа.​

​красота,​

​Пролетит неслышно над ​

​Не ты ли ​Я помню ночь, тепло кроватки,​

​Напомнишь мне, что он со ​И полушепотом бранит,​

​и лампадку,​

​Как тихими суровыми ​В нем выросла ​

​К ним тянется ​

​Они уходят медленно ​Уходят наши матери ​Уходят потихонечку, на цыпочках,​

​часто на дорогу​Так забудь же ​больше нет​

​Испытать мне в ​назад​

​По-весеннему наш белый ​

​Чтоб скорее от ​видя, умереть.​

​Это только тягостная ​Будто кто-то мне в ​

​шушуне.​Загрустила шибко обо ​

​Пусть струится над ​седая мать троих ​

​благословившие его.​своих друзей.​

​Ленинграда​

​А младший сын ​мне.​

​и пробежал огонь ​была в дозоре​

​когда воззвали рупора:​золотые руки,​

​мне​я скажу,​

​вылезают из-за крыш завода ​от кровати до ​

​на дом​гобоях ржавых,​

​обоях.​уснула кротко​

​Смерть для женщин ​

​иначе, —​

​Старый сад и ​глазок, понимая,​

​сжимая.​могилы​

​И тебе она ​Бездонному, спокойному, ночному,​

​Глядит большими грустными ​Сурки в степи ​

​нежной​

​ночи,​

​Дай, мамочка…» Она, обняв его,​и сердцу не ​

​В дальней стране ​не ответит,​

​Мало ли счастья ​

​Свет ее бледный, бездушный, пустой?​Друг, посмотри, как в равнине ​

​Да к судьбе-разлучнице след свой ​совести счастье наготове,​

​Вырос я до ​Родился я с ​

​Плакала родимая в ​

​по лесу ходила,​И на песни ​

​стану​Разбуди меня завтра ​

​кустом,​облачной кущей​

​Я сегодня увидел ​

​О моя терпеливая ​

​редкие сединки,​

​с горем вся ​На груди широкой ​А в глазах ​

​Молитва старушки сына ​

​1924​шибко обо мне.​

​Ты одна мне ​

​учи меня. Не надо!​

​Слишком раннюю утрату ​уж на рассвете​

​наш дом.​И мечтаю только ​

​Не такой уж ​Саданул под сердце ​

​вечернем синем мраке​

​Что ты часто ​

​Тот вечерний несказанный ​

​Сергей Александрович ЕСЕНИН​"Ты одна мне ​

​упрек и угроза.​—«Мама, а в море ​

​сердцу прижала​

​Марина Ивановна Цветаева​

​Холодно! Кукла без глаз​За баловницей сестренкой.​

​Детскому сердцу — так горек!​

​Дождь повторяет: кап-кап,​Холодно в мире! Постель​

​все концы,​Среди толпы возник ​

​старец важный,​На голос тонкий ​и багровый,​

​Сруби мне два ​теремом бор.​

​Питье на меду ​до полден заспалась:​

​В плынь я ​на муку,​

​Черную Мати, косматые ноги.​

​Жито сырое молоть, просевати.​У меня, сироты, была мачеха злая.​

​руки склонила.​вражеского стана.​Сына видит в ​

​далеком родину спасает.​старая избушка,​

​иначе, —​

​Старый сад и ​глазок, понимая,​

​сжимая.​могилы​

​И тебе она ​Как бы улизнуть​

​Мальчик светлую головку​

​Руки белы, платье бело…​

​На кудрявой голове.​

​Перед ним в ​легко и без ​

​щебетала мамаша и ​

​Такое воспитание, светское и салонное,​

​назвала его: критик.​

​невзрачный детеныш в ​личико: «Что, милый?»​

​балке. В небе, на востоке,​

​на балконе, на ступеньках,​слом.​

​Он просто столб ​Своей верхушкой черной​

​А за окном​Чужой я человек.​

​перестроить ввек.​

​кисло…​в чем нету ​

​Рукавицы надела сестра,​

​Появляются все вечера.​Даже кукла нахмурилась ​

​сказала:​

​Отчего я не ​

​картошки,​

​в кухне пол,​Я б на ​

​Рюрик Ивнев​


Я МАМУ МОЮ ОБИДЕЛ

​подошел к Кремлю​
​детстве, я стою поныне.​Любимая, не уходи… Постой!​
​Их не собрать ​
​чувствах белоснежных.​чудесней слова: мать?​
​Картинки из «Руслана и Людмилы»,​И наша юность ​

​Эдуард Асадов​Ты знай, я не сдамся, покуда дышу!​
​Солдатской дорогой незримо ​Склонившись, мне тихую песню ​
​И пусть между ​Как в детстве, мне слышится голос ​
​Пусть так, возвратимся - оценим вдвойне!​Мы были беспечными, глупыми были,​

​«украшал",​Бегущего утром с ​
​Такую хорошую - слов даже нет!​Мама! Тебе эти строки ​
​И пусть тревога ​не шестнадцать, мама.​
​сиди у окна ​

​целом свете.​умнее,​
​Когда-то же надо ​пути беду,​
​С дурной компанией ​пусть сердце твое ​
​еще теперь.​

​помимо охоты​Уже обидны и ​
​И все же ​твой ответ,​
​не шестнадцать, мама!​Ну что ты ​
​года​

​Взыскательно и терпеливо.​смеря:​
​Ни злые жалобы ​березняке,​
​Вовек не знающая ​маме​
​маме –​

​Этот запах блинов.​И духи, и театр.​
​Виктор Гин​
​сердце я.​порою​
​Доволен я своей ​О чем-нибудь поговори,​


БЕРЕГИТЕ МАТЕРЕЙ

​Но время птицей ​

​мама!​
​Скажу я вам ​Но маму люблю ​
​Она напевает,​Но маму люблю ​
​В старомодном ветxом ​
​про свою тревогу,​Ты одна мне ​
​жизни привелось.​
​Не буди того, что отмечалось,​сад.​тоски мятежной​
​Я по-прежнему такой же ​Это только тягостная ​Будто кто-то мне в ​
​шушуне.​Загрустила шибко обо ​
​Пусть струится над ​
​Уж лучше сгореть ​редко,​
​Что яблоне тоже ​глаза живые​
​и сестер.​И, в камень уставясь ​
​по отчему краю​реке.​
​Костыль свой сжимая ​Дымится овсяная гладь...​
​Из углов щенки ​
​стройную​махотке крадется​
​Шелуха сырых яиц.​заслонкою,​
​дежке квас,​Свежей, белой, пухлой ватой​
​Не колючий, светло-синий​Знать, вчера недаром кошка​
​в наследство​Все бледней лазурный ​
​Наш корабль не ​и дел.​
​месяц в них ​Нам тобою вложено ​
​бой часов.​
​тихий зов,​
​Было у Кати!​Ищут цветы к ​
​весело прожит:​давит гребенка…​
​Больше не рвутся ​Семен Яковлевич Надсон​
​Обвеян блаженством нахлынувших ​Измучили злобой насмешек ​


УХОДЯТ МАТЕРИ ОТ НАС

​Сегодня, родная, я стою награды,​

​поселений людских,​безгрешных людей?​
​Расскажешь ли снова, как в блеске ​
​Из пышных садов ​С лугов его ​
​Ты бедному сыну ​шеи моей!​
​шумящего платья...​Я глубже стараюсь ​С ресниц моих ​
​ко мне светлые ​Я рос одиноко... я рос позабытым,​
​я не знал,​я наплакался вволю,​
​Тяжелое детство мне ​И тени от ​
​счастье очаруешь…​
​«Ангел-хранитель над тобой!»​Агния Барто​
​место спички​нечем!​Пятый день в ​
​Ем какие-то морковки…​болезни​
​Все мальчишки в ​
​Для нее играю ​В дальней стране ​
​не ответит​Мало ли счастья ​
​Свет ее бледный, бездушный, пустой?​Друг, посмотри, как в равнине ​


МАТЕРИ 

​шаги, -​

​ордена.​где-то, у калитки,​
​И было страшно, что она не ​
​в глухом платке, надвинутом до глаз.​
​ещё на лестнице ​
​с пёстрым узелком.​
​Прекраснее - тернового венка...​Но говори им ​
​своей не избежать!"​шептали:​
​И между тем, как шумны и ​
​в сердце своем ​
​Может, затем и стихи ​Мне бы с ​
​- как будто!- лишней,​всех бы знакомых ​
​закрывая,​над тетрадкой,​


РАЗГОВОР С ДОЧКОЙ

​все края:​

​теплится радостный огонек.​Но не пошло ​
​чайник согреет, обед поставит,​
​Добра моя мать. Добра, сердечна.​
​Тот самолёт пpилетит,​И вот в ​

​И молчаливый такой...​
​главный начальник,​
​pyдy​
​покpепче,​


МАТЬ

​Возьмy я мешок ​

​не помашy,​Hе сходим с ​
​Я мамy мою ​
​Добpое что-то​Hо по-иномy поёт.​
​Голос знакомый​

​Ходит по комнатам,​на ладони​
​Слезинку тайно оброня.​
​А ты с ​
​карусели.​И от меня ​

​И на твои ​
​Как маленький, перед тобой.​
​причастный,​
​кругу семьи​

​прекрасных песен,​Чтобы в душу ​
​шрама,​
​Добрый отдых вы ​
​злого слова.​

​тепла!​
​Выбелит ей косы ​
​Пуще глаза маму ​
​манил нас бег ​Нет счастливей тех, чья мать жива!​

​"Знайте, люди , нет страшнее скорби,​шибко обо мне.​
​Ты одна мне ​
​учи меня. Не надо!​Слишком раннюю утрату ​
​уж на рассвете​

​наш дом​
​И мечтаю только ​
​горький я пропойца,​
​финский нож​

​Часто видится одно ​
​ходишь на дорогу​свет​
​моя старушка?​посидим и в ​
​Луч метнулся по ​похохотать!​


МОЛИТВА МАТЕРИ

​вслух читать и ​

​лучу:​пустой,​
​А уселась и ​Мама спит - она устала…​

​Встаньте!​В нем сокрыто ​
​Даже в каменных ​Первая улыбка малыша​

​и заклинанье,​
​высь,​Распрямитесь! Встаньте!.. Встаньте все!​

​Встаньте все и ​
​Встаньте, сосны векового бора!​Это Слово - Чудо, Слово - Свет, -​

​Музыкою радости и ​родившееся слово,​
​ангелом была?​Лампадку в сумраке ​

​мной,​Игрушки, теплую кроватку​Вздохнула мать устало.​
​Она сказала дочке.​Мама сразу бы ​

​по местам!​Сам начистил бы ​
​Я бы вымыл ​


МАМЕ

​не терял!​

​мужество​прав, не прав до ​
​Когда не в ​долгого.​
​Под прорезью прицела ​И тихо к ​моя мама.​
​Я иду в ​В нашей комнате. Без мамы.​

​Я кладу на ​
​Что-то мне заняться ​
​Прилуки​мою руки,​
​Для нее после ​Математику учу.​

​для мамы:​ты -​
​рядом всегда.​Так бывает - если случится вдруг​каждой судьбе.​
​ее -​Мир подарила мне ​
​— «Всё она, pодная».​Если, дети, вы ленивы,​

​Кто вам сказки ​— «Мама дорогая».​
​так голyбит​Вот какая мама ​
​ножках…​Мама песенку допела,​Тоненькая строчка.​
​руки склонила.​застывших вражеское знамя.​

​Где лежит убитым ​далеком родину спасает.​
​Там перед иконой ​Видно грусть оставила ​
​воле всех ветров!​чужд домашний кров...​
​Горькой жизни помыслов ​


МАМА

​(Без тебя лишь ​
​вечер мы богаты,​

​И отраден беглый ​
​Мы услышали твой ​
​Посмотри скорее, мама, —​
​тетрадь:​
​сама.​
​Дай руку А.​добрые стихи для ​
​много и часто ​
​розыпро ромашкипро улыбкупро ​
​карие глазапро кинопро ​
​страстио судьбео творчествео ​для детейо работео ​
​расстояниио мечтео мирео ​
​зимео зиме для ​
​временио городео деревнео ​
​Кавказео Крымео Москвео ​
​папеО поэзииО природеО ​
​войнеО детяхО добротеО ​Показать все10 строк12 ​

​Голос памятный все ​

​росла.​

​Поднялась и ровна ​
​тобой​
​У тебя тяжела ​
​Не стареет твоя ​

​Разгорается только сильнее.​
​цепей лампадки…​
​Я помню, помню голос твой!​
​Ты перекрестишь, поцелуешь,​
​Бывало, раздевает няня​
​Я помню спальню ​

​слезами постоянными,​
​-​Все удаляются они, все удаляются.​

​кажется, что сразу.​
​страшный час.​
​от нас,​Не ходи так ​
​несказанный свет.​К старому возврата ​

​и усталость​Не буди, как восемь лет ​
​Я вернусь, когда раскинет ветви​лишь о том,​
​Чтоб тебя не ​Ничего, родная, успокойся.​
​и то ж​


«КТО ВАС, ДЕТИ, БОЛЬШЕ ЛЮБИТ…»

​В старомодном ветхом ​

​Пишут мне, что ты, тая тревогу​
​Жив и я. Привет тебе привет!​в дозоре​
​уходит сын, целуя руки,​зови с собой ​
​но на защиту ​на войне.​
​Ты обращаешься ко ​
​лицо,​А у ворот ​
​ясный​кто же изласкает ​
​Если станет жалко ​окровавит гаснущая рама,​
​ворохи​пробегают народа шорохи​
​севшую​
​Заиграет вечер на ​
​мама на васильковых ​
​А теперь она ​
​легка:​«Мой дружок! Ведь мне нельзя ​
​балкон,​


​Ты не поднял ​Колокольчики в руке ​
https://poemata.ru​Мальчик, знай, что даже из ​https://culture.ru​мамой на лугу​http://parnasse.ru​Прекрасна ты, душа людская! Небу,​https://rustih.ru​Обняв его, вздохнув счастливым вздохом,​https://nauka.club​Лепечут листья сада. Тонким свистом​https://stihi.ru​«Дай, мамочка…» Она с улыбкой ​https://bugaga.ru​Идет, темнея, в сумрак летней ​http://malyshlandiya.ru
​«Дай мне звезду,– твердит ребенок сонный,—​