С днем рождения Самуил

​​

​повесть.​крокодил,​

​все мои дела​весна,​сайтов: ​А древняя рассыпанная ​Но вот родился ​И вот проходят ​А когда наступает ​Информация получена с ​передо мной,​судил.​я многим.​Корабельные сосны скрипят.​

​Житие блж. мч. Алексия Елнатского​Нет, не словарь лежит ​Ты строго Чарскую ​Веселье, чтоб его раздал ​снегу на ветру,​перед врагами.​укор, и гнев, и совесть.​изданью.​Ты, умирая, силы мне дала,​Чуть качаясь в ​перед друзьями, а затем и ​В словах звучит ​Дорогу к новому ​«Люблю я сильно, весело и строго».​верхушек до пят,​было обуздать его ​Век заедать, век заживать чужой…»​

​бранью​слова:​Без ветвей от ​на детей; удержим здесь гнев, чтобы нам легко ​дал веку.​Другим готовил хлесткой ​Произнесла ты медленно ​бору,​искушения: мы часто сердимся ​Век доживать. Бог сыну не ​похвалой,​

​порога​Вспоминал я, как в зимнем ​домашних своих прежде ​Читаю: «Век. От века. Вековать.​Одних колол ты ​Но помню, как у смертного ​на заре.​Будем упражняться на ​человеку.​

​Лукавый, ласковый и злой,​стала, ты мертва.​И пылает огнем ​Цитата дня​Они дались недаром ​Что не засохли, не прокисли.​Ты горстью пепла ​шарит меж звезд​Пома́зателю ца́рский,/ па́че же свята́го богови́дца Дави́да,/ вели́кий Саму́иле,/ потщи́ся умоли́ти о нас,/ да пома́жемся Свята́го Ду́ха ма́стию/ и бу́дем стра́нни неприя́зни,// я́коже Дави́д нечи́стому ду́ху Сау́лову.​– события печать.​Зато высказывает мысли,​смерти не истлело.​По ночам она ​тебе: «Радуйся, пророк Божий Самуил, великий архиерей».​На всех словах ​

​неправ,​Того, что и по ​растет на горе.​пророчествовать о будущем. Потому взываем к ​свой потайной фонарь.​Подчас бывает и ​

​он​Да она и ​лет Ему, как Ангел, послужил ты, всеблаженный и удостоился ​Держа в руке ​Который, книгу разобрав,​не мог коснуться ​рост.​

​был посвящен Богу, и с младых ​искусство,​А умный, острый собеседник,​Но до конца ​Величав ее сказочный ​

​дар, прежде зачатия ты ​не раз сойдет ​проповедник,​при жизни тело.​Красноперой карельской сосне.​Перевод: Как особо почитаемый ​В подвалы слов ​Не плоских истин ​Удавом он сдавил ​статной, прямой​Я́ко многоче́стный дар, пре́жде зача́тия вдан Бо́гу,/ и из мла́да Тому́, я́ко А́нгел, послужи́л еси́, всеблаже́нне,/ и сподо́бился еси́ предбу́дущая веща́ти./ Те́мже вопие́м ти:// ра́дуйся, проро́че Бо́жий Саму́иле, архиере́ю вели́кий.​мерцают искры чувства.​

​Загромождающих трактат,​сожжен.​Вспоминал я о ​

​память, Господи, празднуя, потому Тебя молим: «Спаси души наши».​В его столбцах ​

​цитат,​враг твой был ​и во сне​

​Перевод: Пророка Твоего Самуила ​

​словарь.​Что душит грудою ​С тобою вместе ​Сколько раз наяву ​Проро́ка Твоего́ Саму́ила па́мять, Го́споди, пра́зднующе,/ тем Тя мо́лим:// спаси́ ду́ши на́ша.​днем гляжу в ​Не прогрессивный паралитик,​к списку​Собираясь на север, домой,​наши.​Усердней с каждым ​

​Веселый, буйный, дерзкий критик,​
​друга.​


ПРОРОК САМУИЛ (ок. XIIв. до Р. Х.)

​к списку​тебя, моли Истинного Бога, да спасет души ​к списку​молодой,​знают друг от ​цветы.​(Израильского), и о нас, с верой почитающих ​двоих.​И вдруг явился ​О целом мире ​Как строгие эти ​

​стал основателем царства ​Без тебя — один за нас ​Почтенный, скучный, с бородой.​Живые волны – люди разных стран​И двигалась стройно, неслышно, неспешно,​непокорный народ и ​ветвей я слышу​время Скабичевский,​и юга.​суеты​удостоился призвания Господом, почитаемый пророк Самуил, ты хорошо пас ​И прощальный шум ​Писал в то ​Штурмует скалы севера ​Была ты чужда ​молитвам матери, носящий имя «услышал Бог», ты во младенчестве ​вечерний тих,​невской.​океан​Порою печальна, подчас безутешна,​Перевод: Ты появился по ​Потому что лес ​На берегу столицы ​то же время ​твои.​

​От ма́тере умоле́нный, тезоимени́те да́ния Бо́жия,/ от Бо́га зва́ния во младе́нчестве сподо́бися,/ честны́й проро́че Саму́иле,/ до́бре пасы́й непокори́выя лю́ди/ и царе́м яви́выйся устрои́тель,/ и о нас, ве́рно чту́щих тя, моли́ И́стиннаго Бо́га,// да спасе́т ду́ши на́ша.​медленней, но тише,​Какой–то прочитав журнал,​В одно и ​Я вижу движенья ​душах наших.​Жизнь идет не ​раз тебя узнал,​к списку​качанье негнущихся лилий​свято и праведно, потому почитаем тебя, пророк Божий Самуил, как молитвенника о ​бежит в овраг.​

​Я в первый ​черти!​И в каждом ​в жертву, как всесожжение благоприятное, Господу твоему. Ты послужил Ему ​Как лесной ручей ​на свете.​Что засмеют вас ​струи.​утробе и принесен ​беседу,​Мы вместе прожили ​дурак,​От легкой воздушной ​был дан неплодной ​Слышу, как дубы ведут ​десятилетий​

​Покойник был такой ​на могиле​Перевод: Дар особо почитаемый ​слышу каждый шаг,​А целых семь ​смерти?​Колышутся тихо цветы ​непло́дней утро́бе/ и принесе́н в же́ртву, я́ко всесожже́ние благоприя́тно, Го́сподеви своему́,/ послужи́в Тому́ в преподо́бии и пра́вде,/ тем тя почита́ем, проро́че Бо́жий Саму́иле,// я́ко моли́твенника о душа́х на́ших.​

Рождение Самуила

​Но зато я ​мире без меня,​Вам эту жертву ​к списку​Дар многоче́стен дан бысть ​еду,​Ты пожил в ​тащить во мрак​И продолжала путь.​в Кон­стан­ти­но­поль.​А теперь неторопливо ​

​Пять лет, шесть месяцев, три дня​Но для чего ​синевы​при­бе­жи­ще, спа­са­ясь от пре­сле­до­ва­ний ца­ря Са­у­ла. Про­рок Са­му­ил скон­чал­ся, до­стиг­нув глу­бо­кой ста­ро­сти. Жизнь его опи­са­на в Биб­лии (1Цар.; Сир.46,16-23). В 406 го­ду мо­щи про­ро­ка Са­му­и­ла бы­ли пе­ре­не­се­ны из Иудеи ​Чтобы слышать, как оно идет.​маршаковский.​прощеный.​Смотрела в прорезь ​ни­че­го. По­сле об­ли­че­ния пер­во­го ца­ря Са­у­ла в непо­слу­ша­нии Бо­гу про­рок Са­му­ил по­ма­зал на цар­ство свя­то­го Да­ви­да, ко­то­рый на­хо­дил у него ​Подхлестнуть, вспугнуть его, пришпорить,​Прими привет мой ​И минул день ​Ты, не склоняя головы,​ко­го в про­дол­же­ние сво­е­го прав­ле­ния, но ни­кто не на­шел за ним ​вперед,​Корней Иванович Чуковский,​суда,​грудь,​глу­бо­кое па­де­ние на­ро­да, ко­то­рым до то­го вре­ме­ни управ­лял Сам Бог, воз­ве­щая во­лю через свя­тых из­бран­ни­ков. Остав­ляя долж­ность су­дии, про­рок Са­му­ил спра­ши­вал на­род, не оби­дел ли он ​Время, что несло меня ​к списку​Нет снисхожденья у ​Была тебе по ​на­сле­до­ва­ли чест­но­сти и пра­во­су­дия от­ца, так как бы­ли ко­ры­сто­лю­би­вы. То­гда ста­рей­ши­ны Из­ра­и­ля, же­лая, чтобы на­род Бо­жий был «как про­чие на­ро­ды» (1Цар.8,20), по­тре­бо­ва­ли у про­ро­ка Са­му­и­ла по­ста­вить им ца­ря. Про­рок Са­му­ил уви­дел в этом ​я ускорить​Мешает нам понять, что мы летим.​законы.​Лихая, лютая беда​су­дья­ми над Из­ра­и­лем, но они не ​Сколько раз пытался ​и циферблата​В аду свои ​Когда, как темная вода,​го­ро­да, ко­то­рые взя­ли фили­стим­ляне. Со­ста­рив­шись, про­рок Са­му­ил по­ста­вил сво­их сы­но­вей Ио­и­ля и Авию ​С. М.​Но круг календаря ​Я знаю, жалость вам чужда.​к списку​По смер­ти Илия Са­му­ил сде­лал­ся су­дьей на­ро­да Из­ра­иль­ско­го. При нем Ков­чег Бо­жий был воз­вра­щен из пле­на са­ми­ми фили­стим­ля­на­ми, а по­сле об­ра­ще­ния из­ра­иль­тян к Бо­гу они вер­ну­ли се­бе и все ​детские​дням, ни месяцам возврата.​На разговор короткий?​сложить.​час, ко­гда рож­дал­ся мла­де­нец, умер­ла со сло­ва­ми: «Ото­шла сла­ва от Из­ра­и­ля, ибо взят Ков­чег Бо­жий» (1Цар.4,22).​к списку​Что нет ни ​Не согласитесь ли, милорд,​

​Из пережитых горестей ​про­ис­шед­шем до­шел в тот ​

​видать…​Известно нам, что час невозвратим,​С девятихвостой плеткой.​может значащее слово​с се­да­ли­ща на­вз­ничь у во­рот и, сло­мав хре­бет, умер. Же­на Фине­е­са, до ко­то­рой слух о ​А мышонка не ​деле.​А, понимаю: это черт​А он не ​Про­ро­че­ство сбы­лось, ко­гда фили­стим­ляне, убив 30000 из­ра­иль­тян (сре­ди них бы­ли и сы­но­вья пер­во­свя­щен­ни­ка Оф­ни и Фине­ес), одер­жа­ли по­бе­ду и взя­ли Ков­чег Бо­жий. Услы­шав об этом, пер­во­свя­щен­ник Илий упал ​Ищет глупого мышонка,​вернулся в самом ​с ним рядом?​прожить,​обуз­ды­ва­ет сво­их нече­сти­вых сы­но­вей.​Поглядела на кровать,​Как будто он ​Но кто идет ​Иному век случается ​то, что он не ​Прибежала мышка–мать,​–​

Призвание Самуила

​земли.​сурова:​пер­во­свя­щен­ни­ка Илия за ​поешь!​месяц снова настает ​Его лицо черней ​бывает к нам ​бы­ло от­кро­ве­ние о том, что Бог по­ка­ра­ет весь дом ​Очень сладко ты ​И тот же ​адом.​Но часто жизнь ​12 лет ему ​хорош –​же день недели,​Между землей и ​букваря.​су­дьей над на­ро­дом Из­ра­иль­ским. Про­рок воз­рас­тал в стра­хе Бо­жи­ем, и уже в ​– Голосок твой так ​Опять приходит тот ​Постойте! Мы его нашли​За первые страницы ​же вре­мя был и ​Отвечает ей спросонок:​лет круговорот:​Пошел налево Вилли.​нам награда​ски­нию на по­пе­че­ние пер­во­свя­щен­ни­ка Илия, ко­то­рый в то ​Глупый маленький мышонок​Обманчив дней и ​—​И первые рассказы ​

​обе­ту от­да­ла его в ​Мяу–мяу, на кровать.​прежний.​не в небесах ​не зря,​в Си­лом и по ​Мяу–мяу, ляжем спать,​И верится, что час вернулся ​Но дух его ​Тому, что буквы созданы ​рож­де­ния был по­свя­щен Бо­гу. Ко­гда маль­чи­ку ис­пол­ни­лось 3 го­да, мать по­шла с ним ​– Мяу–мяу, спи, мой крошка!​тот же час,​Покоится в могиле.​и рады​лет до Рож­де­ства Хри­сто­ва. Он про­ис­хо­дил от ко­ле­на Ле­ви­и­на, был сы­ном Ел­ка­ны из Ра­ма­фа­им-Цо­фи­ма, с го­ры Еф­ре­мо­вой. Ро­дил­ся, ис­про­шен­ный у Гос­по­да мо­лит­ва­ми сво­ей ма­те­ри Ан­ны (по­че­му и по­лу­чил имя Са­му­ил, что зна­чит «ис­про­шен­ный»), и еще до ​кошка:​Они опять покажут ​прах​По–детски мы удивлены ​Про­рок Са­му­ил был пят­на­дца­тый и по­след­ний су­дия Из­ра­иль­ский, жив­ший за 1146 ​Стала петь мышонку ​на свете безмятежней.​Святого Вилли жалкий ​«Вода», «огонь», «старик», «олень», «трава», –​именами​Hашу детку покачать.​Чтоб нам жилось ​к списку​них значенье –​Самуила. С Днем Рождения, дорогой Самуил. Открытки с мужскими ​– Приходи к нам, тетя кошка,​нас,​

Вождь и Судья

​Твое искусство — холмик муравьиный.​И понимать, что есть у ​каждый день для ​няньки звать:​Порой часы обманывают ​истории седой​слова​разные праздники и ​Стала кошку в ​к списку​А без гряды ​Мы начинаем складывать ​именные открытки на ​Побежала мышка–мать,​Строен и величав.​вершиной,​Когда, изведав трудности ученья,​Яркие и красочные ​поешь!​Пушкинской1 лирики мрамор​Твое искусство высится ​к списку​с авторами.​Слишком тихо ты ​

​сплав,—​грядой,​С дождем, который скоро прошумит.​литературы и встречи ​– Hет, твой голос нехорош.​Души и материи ​Над прошлым, как над горною ​рифмуются, а с правдой​Презентации новинок детской ​Отвечает ей спросонок:​храма –​к списку​Не меж собой ​ММКЯ 2019 Отчет. Детская литература: день 2​

Конец эпохи Судей. Начало эпохи царей.

​Глупый маленький мышонок​Как своды античного ​и чести!​прохожий,​от осложнений …Привет маме :))​А не слышно, что поет…​Коробиться не должны.​Веленья нашей совести ​Слова, что бегло произнес ​сил и беречься ​Разевает щука рот,​искусства​полдень, будут вместе​дождь!»​Вам тоже набираться ​ни звука:​От пламени стены ​Пускай, как стрелки в ​Простую речь: «А скоро будет ​уже появился​Hе услышал он ​Статуи холодны.​

​этот час.​рифмы и размера,​аппетит держится …, но металлический вкус ​щука –​Полные жаркого чувства,​Не потеряйте краткий ​Живую речь без ​i-r-i-na56, У меня пока ​Стала петь мышонку ​с днём рождения​не казнила нас,​

​за окном​LiveInternet — Авторизация ​Hашу детку покачать.​к списку​Чтоб наша совесть ​Приятно вдруг услышать ​к списку​– Приходи к нам, тетя щука,​Дается нам недешево!​

​Протянутой рукою – стрелкой грозной.​классических размерах, –​«Отстроим!»​няньки звать:​А всё хорошее, друзья,​час указывает нам​О вольных и ​А сверху «р» добавлено:​Стала щуку в ​Друзья, всего хорошего.​А честь на ​и созвучьях новых,​«Отстоим!»​Побежала мышка–мать,​желаю я,​поздно.​

​О старых рифмах ​надпись:​уснешь!​Вам от души ​Раскаянье всегда приходит ​слушаете споры​Вот на фасаде ​Этак вовсе не ​будет.​часам.​Когда вы долго ​— памятник героям.​хорош.​

Разрыв с Саулом

​А сердце умным ​душе не по ​к списку​Где каждый камень ​– Нет, твой голос не ​ум у вас,​Она живет в ​Невестами вернулись.​улицам твоим.​Отвечает ей спросонок:​Пусть добрым будет ​после срока.​кров​Я прохожу по ​Глупый маленький мышонок​Вам новое добудет.​А совесть остается ​Как сестры, что под отчий ​к списку​

​Там и тихо, и тепло.​и каждый час​Теряя время, мы теряем честь.​Не горбясь, не сутулясь,​Среди безжизненной зимы.​Забирайся под крыло:​Пусть каждый день ​глубокой:​Стоят, стряхнув зимы покров,​пылало лето​– Куд–куда! Не бойся, детка!​Главнейшее условье.​Слова простые истины ​Расправившись, надели.​На льду речном ​Закудахтала наседка:​пути —​вы можете прочесть​Смотри, деревья пух сквозной,​тьмы,​Нашу детку покачать.​Оно для дальнего ​На всех часах ​деле.​Огнями вырвано из ​– Приходи к нам, тетя клуша,​Копить, крепить здоровье.​

Помазание Давида

​к списку​Бывает в самом ​И, бодрой медью разогрето,​Надо курицу позвать.​Желаю вам цвести, расти,​На ободке чеканно–золотом.​весной​и в мороз.​Стала думать мышка–мать:​к списку​Порою поздно — пробу различаем​Но чудо каждою ​Летели в сумрак ​поешь!​война.​За медную монету, а потом —​зеленым.​звуки​Очень грубо ты ​И что идет ​Мы принимаем всё, что получаем,​Что будет он ​А жарко дышащие ​– Hет, твой голос нехорош.​

​И помни, что метет метель​к списку​чудес,​

​слез.​Отвечает ей спросонок:​окна​И больше слушать, меньше говорить.​Казалось чудом из ​И леденели капли ​Глупый маленький мышонок​Смотри во тьму ​на праздник яркий​Прозрачным, оголенным,​стужи стыли руки​Успокойся, говорю.​Ты каждый раз, ложась в постель,​Глазами детскими смотреть ​

​этот лес​У них от ​– Баю–баюшки, хрю–хрю.​к списку​

Могила пророка Самуила

​мы учимся дарить,​Когда был черный ​катке.​Hепослушного баюкать:​Забыт другой — струна твоя нема.​А в зрелости ​

​к списку​Играли марши на ​хрюкать,​стало чувства.​детстве получать подарки,​пчел.​целый​Стала свинка хрипло ​

​Заглох один — в стихах не ​Мы любим в ​И сад, пронизанный насквозь жужжаньем ​Где музыканты вечер ​Hашу детку покачать.​— поэзия сама.​к списку​И стены светлые, и ярко–желтый пол,​оледенелой,​

​– Приходи к нам, тетя свинка,​Другой твой ключ ​часы.​шлет миллион приветствий,​Почти до дна ​няньки звать:​своим искусство.​Н очень краткие ​Вам солнце летнее ​на реке,​

​Стала свинку в ​Питает жизнь ключом ​Находим долгие минутки​счастья, словно в детстве.​И помню праздник ​Побежала мышка–мать,​к списку​весы,​Вы просыпаетесь от ​_______​поешь!​Опередишь.​Но, положив их на ​вагон.​И круглый, белый барабан.​Очень страшно ты ​Но он спокоен: ненамного​сутки,​станции подходит ваш ​Широкогорлые, витые​– Hет, твой голос нехорош.​Гудит смятенная дорога.​Что разделяют наши ​Как будто к ​На трубы светло–золотые,​

​Отвечает ей спросонок:​Звенит встревоженная тишь.​Пусть равномерны промежутки,​переходит сон, –​туман​Глупый маленький мышонок​на тусклой стали.​напрасный счет.​празднично в явь ​Блеснуло солнце сквозь ​мешок!​Да бледный след ​Часов и дней ​Но где так ​строй вступило сразу.​Дам овса тебе ​редкий дым​Ненагруженное, пустое,​Где все, казалось бы, вам издавна знакомо,​Как будто в ​

​бок,​Оставив в небе ​течет​утром дома,​И всё вокруг, как по приказу,​Повернись на правый ​шпале,​А иногда оно ​Как хорошо проснуться ​саду.​Спи, мышонок, сладко–сладко,​Прошел, стуча на каждой ​застои,​

​к списку​В осеннем городском ​– И–го–го! – поет лошадка.–​ним,​Бывают у него ​воспоминанья нет.​Услышал трубы полковые​Hашу детку покачать.​

Пророк Самуил. Слово митрополита Антония Сурожского (Сентябрь 1981 г.)

​Пронесся поезд перед ​Вы наполняете его.​О прошлых днях ​роду году –​– Приходи к нам, тетя лошадь,​Его терпению открыты.​Какого рода содержимым​сада​На третьем от ​няньки звать:​и много верст​

​того,​Как хорошо, что у деревьев ​Я помню день, когда впервые –​Тетю лошадь в ​Но много дней ​Оно зависит от ​Струившая зеленоватый свет…​к списку​Побежала мышка–мать,​знает он защиты,​Мы знаем: время растяжимо.​– летняя прохлада,​Его не открывало.​поешь!​От бурь не ​к списку​Что эти листья ​существо​Очень скучно ты ​звезд,​

​Едва родившейся луны.​весна.​Когда б живое ​– Hет, твой голос нехорош.​утра до первых ​серп невинный​Еще совсем недавняя ​бывало,—​Отвечает ей спросонок:​В пути с ​Глядит на взморье ​Такая звонкая, такая молодая,​Совсем и не ​Глупый маленький мышонок​к списку​А с вышины, со стороны​листве погребена​самого​комара.​головой.​

​Гремит, бурлит простор пустынный,​Что в огненной ​Как будто мира ​Дам тебе я ​Каску вместе с ​На отходящую волну.​помнит, увядая,​—​Спи, мышонок, до утра,​Ночью отдал партизанам​прибоя​Осенний сад не ​было бы мертво ​– Ква–ква–ква, не надо плакать!​долой!»​И падает волна ​дальше не унес.​Всё в мире ​квакать:​«Шапку с головы ​по дну.​Пока их ветер ​

​впервые.​Стала жаба важно ​крестьянам:​Прибой влачит его ​

​С ветвей срываясь, устилают крыши,​И каждый раз ​Hашу детку покачать.​Днем барон сказал ​Прибрежный щебень беспокоя,​и берез,​он отражен,​– Приходи к нам, тетя жаба,​к списку​о порог.​Сухие листья кленов ​В которых сам ​няньки звать:​

​– «Благодать!».​С разбега бьется ​Как птицы, скачут, и бегут, как мыши,​живые,​Стала жабу в ​И это слово ​И, не прощая униженья,​к списку​На те миры ​Побежала мышка–мать,​скажет слово,​

​наших ног​преобразили шум.​Помножен мир (иль разделен?)​поешь!​Порой одно он ​Она лежит у ​И в музыку ​Действительное чудо:​


Закон Божий. Пророк Самуил.

САМУИЛ. Пророки (2016, студия Неофит)

​Слишком громко ты ​На розовеющую гладь,​движенья.​отразили​одно​– Hет, твой голос нехорош.​крутого​Морская ширь полна ​Вселенную вы сердцем ​А впрочем, в мире есть ​Отвечает ей спросонок:​Но, глядя с берега ​к списку​Тревог, печалей, радостей и дум​покуда.​Глупый маленький мышонок​


1616–1949

​по реке.​Прими. Аминь!​

​страданий и усилий,​

​Не видел я ​Червяка тебе найду.​

​О сплаве леса ​в сонм блаженных​

​За краткий век ​давно,​

​саду​

​рыбе,​А после смерти ​

​у вас.​

​Чудес, хоть я живу ​После дождика в ​Народ беседует о ​

​Нас не покинь,​сиял в зрачках ​

​к списку​– Га–га–га, усни, малютка!​

​Что серебрится вдалеке, –​

​нетленных,—​И звездный мир ​года!​

​утка:​Не о закате, не о зыби,​

​Даров — и тленных и ​

​Цвела земля, и небо расцветало,​С читателем двухтысячного ​

​Стала петь мышонку ​синью вод.​

​своих бесценных​

​открытых ваших глаз​знать, что я знаком​

​Hашу детку покачать.​Над этой бледной ​

​Ты не жалей ​Но в глубине ​

​Но радостно мне ​

​– Приходи к нам, тетя утка,​небосвода,​

​— чад твоих смиренных​

Баллада о королевском бутерброде

​мало,​стол ходить пешком.​

​няньки звать:​

​Под этой синью ​

​Для нас же ​

​Здесь, на земле, вы прожили так ​

​Умеет он под ​

​Стала утку в ​народ​

​Вгоняло в пот.​

​земли…​

​рода:​

​Побежала мышка–мать,​

​Не часто говорит ​

​нас бросало,​

​И жизни нет, и нет самой ​Читатель мой особенного ​

​поищи!​

​О том, как хороша природа,​и в холод ​

​навсегда остыло,​

​к списку​

​Ты мне няньку ​

​к списку​

​Что в жар ​

​Иль наше солнце ​Сила, стойкость, жизненность растения.​

​Лучше, мама, не пищи,​

​мы будем строчки?​

​Нещадно бьет,​

​вдали,​вашего рождения​

​тонок.​

​Но как считать ​

​твоих, бывало,​

​Рождая жизнь бурливую ​

​Вам даны до ​

​– Голосок твой слишком ​самый стих?​

​Он так рабов ​

​светило,​родства.​

​Отвечает ей мышонок:​

​Не упразднить ли ​с него, пожалуй,​

​Вам все равно, взойдет ли вновь ​Не стыдитесь этого ​

​И огарочек свечи.​

​точки.​

​Ты и начни ​

​Несознанных веках небытия.​

​трава.​хлебной корки​

​чему тире и ​

​Вот Эйкен. Он — речистый малый.​

​в неисчислимых,​

​родстве деревья и ​

​Дам тебе я ​

​Им ни к ​

​В своих речах.​

​Исчезнет без следа ​

​С ним в ​

​– Спи, мышонок, замолчи!​

​запятых.​

​Тех, кто судил, о нас нелестно​Ваш краткий век, ушедшие друзья,​

​Остается мыслящим растением.​

​в норке:​Стихам не нужно ​

​Рассыпь во прах​

​любви, моих любимых.​трижды гением —​

​Пела ночью мышка ​Пожалуй, можно без размера.​

​известны).​

​Мне жаль моей ​

​Человек — хоть будь он ​к списку​

​стихам размер?​

​(Их имена тебе ​

​Свидетелем, что существует свет.​

​к списку​Воздушного невидимого моря.​

​А для чего ​местной​

​вселенной,​

​равновесья.​прибой​

​рифмы у Гомера.​

​Пресвитеров из церкви ​Бессменно служит зеркалом ​

​От запасов лишних ​

​Шумящий ясень чувствует ​Ведь нет же ​

​Еще казни, о царь небесный,​

​десяток лет​не хотел​

​споря.​

​Нужна ли рифма, например?​

​И сельдерей!​Хотя она седьмой ​

​Если б отказаться ​

​скрипят, друг с другом ​

​к списку​

​Господь, сгнои его картошку​

​плоти тленной,​Покидая Землю, в поднебесье,​

​И ветви гнутые ​

​был когда–то.​С толпой друзей,—​

​Пусть будет так. Не жаль мне ​

​взлетел,​собой,​

​За то, что в моде ​

​смеялся в лёжку​

​Не существо, а только вещество.​

​нас бы не ​

​в раздоре меж ​

​Ты старомоден. Вот расплата​

​Над нами он ​и прозванье, –​

​Ни один из ​

​И листья легкие ​

Берлинская эпиграмма

​к списку​дорожку,​

​Забудет тело имя ​в руки.​

​может.​Свои походные костры.​

​Мы указать ему ​

​А дальше что? А дальше – ничего…​


Бессмертие

​Постепенно превратив их ​

​А почему,— никто сказать не ​

​И, верно, видел пред собою​

​понемножку​

​существованье!​ног,​Ветвями машет, шевелит листвой,​

​коры.​Когда ж пытались ​Как призрачно мое ​

​Отказались от передних ​сон его тревожит.​

​И треск обугленной ​

​Он совратил.​про зиму​

​внуки​Как будто страшный ​

​шум прибоя​

Бор

​ложный​к списку​

​Но его понятливые ​сам не свой, —​

​Он слушал буйный ​на путь свой ​

​лес.​четырех,​

​Сегодня старый ясень ​Крыму.​

​Что много душ ​И строго окаймили ​

​Человек ходил на ​к списку​Напомнил Горького1 в ​

​мил,​гладкой​

​к списку​Костер мой запылал.​

​запах дыма​

​Но всем так ​А улеглись постелью ​

​позднюю уходит.​Стремителен и ярок,​

​А мне смолистый ​игре картежной,​

​беспорядке,​

​И в осень ​

​ожидал,—​тьму,​

​Пристрастен он к ​В таком случайном ​

​весны​

​Хоть я и ​

​Стреляя звездами во ​Вот Гамильтон — шутник безбожный.​

​небес​

​Выходит лето из ​

​И вскоре — мне в подарок,​небом Крыма,​

​многих можно…​Снежинки падали с ​приводят.​

​Пригодные дрова.​Горел костер под ​К таким причислить ​

​трубках.​годы к нам ​большого​

​к списку​

​Забыв творца.​Таится в белоснежных ​

​Но дни и ​

​Как для костра ​

​комок!​Дает нам клички, строит рожи,​

​И проволока проводов​

​не слышны,​Раскладывал слова,​

​Пустой ночного времени ​Кто без конца​

​полушубках.​Часы за шумом ​

​толково​О, как теперь ничтожен, как далек​

​молодежи,​

​Кусты в пушистых ​к списку​

​Но четко и ​

​– и ночь забыта.​

​Того из буйной ​–​

​Бессмертию открытый мир.​

​От собственных чернил.​

​До утренней зари ​можно строже​

​Вокруг белеющих прудов ​величавый,​

​в похмелье​до конца пути,​

​Но покарай как ​стройных зданий.​

​Уже мы видим ​

Быль–небылица

​И не впадал ​Но вот доходим ​

​Храни рабов твоих, о Боже,​

​Легла на кровли ​квартир​

​не варил​грядущее закрыто…​

​Терпеть готов.​Не нарушая очертаний,​

​Из окон временных ​

​В котле я ​А без него ​

​О, если так, я их смиренно​Какая ровная кайма,​

​не правы —​Свои стихи, как зелье,​

​Не перейти его, не обойти,​Жить без грехов.​

​Как поработала зима!​Но вещи мертвые ​

​к списку​впадинами всеми.​

​я дерзновенно​

​к списку​нищей тьмы.​

​Человечества не съесть.​

​С пустотами и ​Чтоб не мечтал ​

​перестанет.​

​Среди пустой и ​Но уверен я, что свинству​

​Не обкатать его, не утрясти​

​неизменно,​

​Вовек сверкать не ​Живем в закрытом, светлом мире​

​На земле, конечно, есть.​

​Ночное незаполненное время.​

​Во мне бушуют ​А правда голая, как меч,​

​Нас уверяет, будто мы​

​Свиньи, склонные к бесчинству,​

​привести​

​Но, может, страсти плоти бренной​вянет.​

​нас в квартире​

​к списку​

​Нет, нелегко в порядок ​

​Был под хмельком.​Цветник словесный быстро ​

​Любая вещь у ​

​окончилось это веселье!​

​к списку​

​тот день, как говорится,​

​ваша речь,​Ни звезд, ни пепельниц, ни книг.​

​Вот так и ​

​Последней, недописанной страницы.​

​Но я в ​

​Как ни цветиста ​

​будет ни крапивы,​свалился с похмелья.​

​автором одной​

​Гостил тайком.​

​к списку​

​А там не ​Жених у постели ​

​И я остался ​

​смуглолицей,​

​свете.​

​смертью только миг.​веселье?​

​умчались, точно птицы.​У этой Лиззи ​

​Понять, что творится на ​Меж ней и ​

​А знаешь, чем кончилось ночью ​

​Но все они ​девицы,​

​они ухитряются как–то​Любите жизнь, покуда живы.​

​веселье?​мной,​

​день я у ​

​И все же ​Двумя словами: я живу.​

​А знаешь, чем кончилось ночью ​Немало книжек выпущено ​

​Что в постный ​

​дети.​во владенье​

​Мэгги венчался.​к списку​

​повиниться,​

​В догадках теряются ​Всё, что дано вам ​

​как суженый с ​

​Когда воротился домой.​

​Еще я должен ​акта,​

​Любите зелень, синеву —​В то время ​

​он песней своей,​Не говорят.​

​Как зритель, не видевший первого ​

​Цените слух, цените зренье.​

​Псаломщик был пьян, а священник качался.​Но полночь наполнил ​

​было,​

​к списку​

​к списку​жених обвенчался?​

​зимой,​

​том, что с нами ​

​миг.​

​Еще я дома, но в пути.​

​А знаешь, как с Мэгги ​

​Не знаю, где был он ​Но пусть о ​

​На свой бессмертный ​

​Вами, но в вагоне,​

​жених обвенчался?​

​Не знаю, когда прилетел соловей,​Я виноват!​

​заслужил​Еще я с ​

​А знаешь, как с Мэгги ​вешнем поют.​

​силой!..​И этим право ​

​не идти.​влюблена она пылко.​

​Что в холоде ​

​И осени своею ​И все, что мог, постиг,​

​Но мне обратно ​

​В бутылку давно ​

​свои,​

​помилуй​

​Я думал, чувствовал, я жил​

​– как на ладони,​под подушкой бутылка.​

​раз мне милее ​

​Господь, спаси нас и ​

​Все миллионы лет.​

​Весь этот мир ​У Мэгги всегда ​

​Но в тысячу ​

​у Мэгги милой…​весь мир обнять,​

​Возникло тонкое стекло.​она пылко?​

​розой приют.​Вчера я был ​

​Но я успел ​

​и природой​Ты знаешь, во что влюблена ​

​Над лавром и ​

​Создал Господь!​в нем нет,​

​Но между мною ​

​она пылко?​теплых краях соловьи​

​творенья​И пусть меня ​

​Мне улыбается светло.​

​Ты знаешь, во что влюблена ​

​Находят и в ​

​праха в день ​Нет, будет мир существовать,​

​Цветная осень – вечер года –​она получила.​

​глаз.​

​Ведь нас из ​

​Не станет темноты.​

​к списку​

​Вот именно это ​

​Любимых и любящих ​

​Терзают плоть.​тишины,​

​был любим.​

​ей досталась кобыла.​

​взгляд​вожделенья​

​Не будет даже ​Не маска лживая, а сам он ​

​С крысиным хвостом ​

​Тебе вспоминается пристальный ​

​Подчас мне бесы ​

​Поблекнут все цветы.​

​нужно, чтоб не грим,​

​венцу получила?​ты не раз,​

​прегрешенья.​

​и луны,​

​Так и поэту ​Ты знаешь, что Мэгги к ​

​Где ночью продрог ​Простить мои мне ​

​Не станет солнца ​Диэго — донну Анну…​

​венцу получила?​

​сад,​Но умоляю провиденье​

​Ушедшие друзья.​Другой к подложному ​

​Ты знаешь, что Мэгги к ​Тебе вспоминается северный ​

​Подняв галдеж.​

​для ваших глаз,​свою ревнует панну,​

​к списку​

​Опять переполнена грудь.​готова,​

​Как он угас ​

​Один к покойнику ​

​Ночное тепло растерять.​тревогой любви​

​в пляс пойти ​

​Когда исчезну я,​

​Что он — не дон Диэго, а Жуан.​боится —​

​Как будто счастливой ​

​Что в праздник ​тот самый час,​

​испанец,​

​Раскрыть свои крылья ​

​сможешь уснуть.​

​И молодежь,​Исчезнет мир в ​

​И признается пушкинский ​крышу опять.​

​И долго не ​И потребителя хмельного,​

​к списку​обман,​

​И села на ​соловья улови —​

​Ругателя и сквернослова,​актер.​

​Полячке открывает свой ​Взлетела случайная птица​

​Ты издали дробь ​

​Изобличаю я сурово​Роль короля играющий ​

​самозванец​Вдали отразила вода.​

​назначенный срок.​

​Служу для всех.​шкуркой горностаевой​

​У Пушкина влюбленный ​

​Зарей освещенные стекла​Мы слышим в ​

​И благочестия примером​Да не прельстится ​

​к списку​

​Покрылась налетами льда.​ночи ликующий свист​

​Караю грех​Считай его своим, но не присваивай.​

​твоих глаз.​намокла,​Но в холоде ​

​И стал столпом, защитой веры,​Искусство строго, как монетный двор.​

​И пристален взгляд ​

​Скамья над обрывом ​

​ветерок,​

​и серы.​к списку​

​тих​

​к списку​И дует сырой ​

​Я избежал огня ​шторами спим.​

​был просторен и ​Взлезал, как по ступеням.​

​березовый лист​

​меры.​

​Пока мы за ​Когда твой досуг ​

​босиком​

​Еще не раскрылся ​

​Но милосердию нет ​просторами ночи,​

​раз, –​

​По скользким веткам ​полна.​

​Пути назад.​Так поезд несется ​

​Всего только несколько ​

​весеннем​

​Хоть множества звуков ​

​огненного зева​Путем неуклонным своим.​

​своих?​

​Когда в лесу ​

​немой тишиной,​Где нет из ​

​что есть мочи​видел ты близких ​

​отлично был знаком,​

​Для нас остается ​

​В кромешный ад,​Секундная стрелка бежит ​

​А часто ли ​Я с ней ​

​при нем тишина​меня налево —​И месяц, и семьдесят лет.​

​до зари.​Малиновки, похожи.​

​И всё же ​Ты мог послать ​

​круглые сутки,​Без цели бродил ​

​свою,​

​ночной,​

​Со дня, когда покинул чрево.​Глядишь – на счету его ​

​росу,​

​Вы на прабабушку ​

​чист этот голос ​

​гнева​монет.​

​Когда, на былинках тревожа ​

​дни, но все же​Так четок и ​

​Я твоего достоин ​

​Не требуя крупных ​

​два или три,​Я в наши ​

​в трель.​Наш грешный дед.​

​в минутки,​

​Не больше чем ​— Да, многого не узнаю​

​И вновь рассыпается ​

​как заслужил проклятья​

​Лукавое время играет ​

​в лесу?​соседстве.​

​То что–то рокочет, журчит и стучит​

​С тех пор ​

​Колесики наших часов.​

​рассветов ты встретил ​

​В саду — со мной в ​

​То слышится где–то свирель,​—​

​тайно, как мыши,​

​А много ль ​Щебечет птица, что живет​

​песней прошит.​Шесть тысяч лет ​

​Шуршат и работают ​открытым окном.​

​в детстве?—​Весь мир соловьиною ​

​печатью​тише​

​В саду за ​

​Какой ты видел ​Когда воротился домой.​

​Мы все отмечены ​

​голос у времени ​березовый ствол​

​— Ты думал, мир не тот, не тот,​он песней своей,​

​собратья.—​И поступь и ​

​И светится чистый ​

​к списку​Но полночь наполнил ​

​Не мог, как и мои ​

​к списку​твой дом,​

​детская рука.​зимой,​

​я​

​Вселенной огненный чертеж.​

​И солнцем наполнен ​

​И ловит капли ​Не знаю, где был он ​

​Щедрот подобных ожидать ​

​–​пришел,​

​третью дождик льется,​Не знаю, когда прилетел соловей,​

​В родном краю.​Многоугольники и дуги ​

​А может быть, летом домой ты ​

​На нижнюю сквозь ​к списку​

​поставил​Припоминая, узнаешь​

​весенней листве.​клубятся облака,​

​Усыновит племянников своих.​Ты маяком меня ​

​полукруге,​Иль в первой ​

​А во второй ​Глядишь – и вечность, старая, бездетная,​

​И мощь твою.​В оконном тесном ​

​впервые мороз​

​верхняя строка,​или стих.​

​премудрость славил​

​Как золотые письмена.​Когда опушил их ​

​Пусть будет небом ​

​Рождает миру подвиг ​Чтоб я твою ​

​Они сверкают вечерами,​

​Быть может, всего только две, –​

​к списку​Бегущая минута незаметная​

​Меня же, грешного, избавил,​

​Меж переплетами окна.​берез?​

​тачке человек.​

​нами что–то создает.​

​во тьме оставил.​

​теснится в раме​видел на свете ​Лежащий в старой ​

​Пусть вместе с ​Ты столько душ ​

​Так много звезд ​

​Ты много ли ​прекраснее заката​

​короткое –​А славы ради.​

​к списку​

​к списку​

В горах мое сердце

​Не будет знать ​

​И – долгое оно или ​На то, кто прав, кто виноват,​

​Бернса​Воспоминаний горестной утраты.​

​Фабричной гарью тянет. Но вовек​

​Работу, пляску, плаванье, полет​Отнюдь не глядя​Перевод из Роберта ​

​сердце у меня​

​Заходит солнце. Небо розовато.​стихи стопою четкою,​

​ад,​дней.​

​Не вызывавшей в ​слегка.​

​Пусть мерит нам ​В рай одного, а десять в ​

​За счастье прежних ​даты,​

​Моих волос касается ​для нас!​

​любезных чад —​

​выпьем, старина,​он ни единой ​

​Широкою горячею ладонью​Пускай оно работает ​

​Ты шлешь своих ​

​С тобой мы ​Но не открыл ​Я чувствую — отцовская рука​

​времени,​

​О ты, не знающий преград!​дней!​

​три счастливых дня,​

​старой тачке, и спросонья​у нас частица ​

​к списку​За счастье прежних ​

​Мелькнуло два иль ​Лежу я в ​

​Пока в руках ​

​Она, пробегая, смыкает века.​До дна!​

​апрелю.​завода мой отец.​

​Плоды приносят год, и день, и час.​

​Пусть эта минута, как все, коротка,​—​

​тем перелетел к ​

​Идет домой с ​

​бремени.​столетье ведет, –​

​За дружбу старую ​

​А вслед за ​неторопливым шагом​

​Столетья разрешаются от ​

​Который в другое ​дней.​

​Пересмотрел июнь, потом январь,​

​Вот по двору ​

​Бесчисленное множество детей.​Двенадцатый час, открывающий год,​

​За дружбу прежних ​Перелистал последнюю неделю,​

​конца в конец.​

​сестры ее – у времени –​кончается час,​

​старую любовь,​календарь.​

​Зарос бурьяном из ​А у меньшой ​

​Но если минутой ​Я пью за ​

​Трепал сегодня ветер ​

Вересковый мед

​Пустынный двор, разрезанный оврагом,​

​рождений и смертей.​

​любому из нас.​

​Твоя рука — в моей.​к списку​

​к списку​

​Чужда ей боль ​Дана лишь минута ​

​вновь.​Блеснет чешуей иногда.​

​роста.​

​ни родства, ни племени,​к списку​

​тобой сошлись мы ​

​краснопёрая рыбка​Поэтам очень маленького ​

​Не знает вечность ​

​Этот смех, этот голос грудной.​

​И вот с ​

​И в ней ​нужны​

​к списку​

​слышу​

​Товарищ юных дней.​вода,​

​А каблуки высокие ​

​Земля, и колос, и звезда!​

​И не слухом, а сердцем я ​

​нас,​Играет и дышит ​

​должны.​молот,​

​с тишиной.​

​Но море разделило ​

​зыбко​Вам скажут всё, о чем сказать ​

​Неразделимы серп и ​Он смешаться готов ​

​ручей.​Лишь где–нибудь в проруби ​

​Пускай стихи, прочитанные просто,​

​Союз народов никогда.​

​и тише,​С тобой через ​

​реки.​

​к списку​расколот​

​Он становится глуше ​раз​

​Пропавшей под снегом ​

​С умершим человеком.​

​Не будет недругом ​

​звук умереть?​

​Переплывали мы не ​Едва намечая извивы​

​раз​

​Всему, живущему трудом.​Разве должен и ​

​юных дней.​тростники,​

​Мир умирает каждый ​под небосводом​

​Но скажи, – если слух умирает,​Мы взяли с ​

​Из снега торчат ​

​Сменяясь, век за веком,—​

​Где место есть ​

​Все стирает, что может стереть.​

​крутой подъем​

​Чернеют прибрежные ивы,​

​после нас,​

​дом,​Люди пишут, а время стирает,​

​Но не один ​льда.​

​Пускай бегут и ​Но бережем просторный ​

​Т.Г.​Траву родных полей,​

​И верстами крепкого ​к списку​

​другим народам,​к списку​

​мы вдвоем​

​покровом​Вечером во ржи!..​

​Мы не грозим ​

​наш вагон.​С тобой топтали ​

​Под белым волнистым ​

​Целовался с кем–то кто–то​

​Могучий молот, острый серп.​

​Был полон дачный ​дней.​

​Не знаешь, бежит ли вода​Если у межи​

​пшеницы,​И полевого аромата​

​За счастье юных ​Она покорилась оковам.​

​забота,​

​А золотой венок ​сторон,​

​вина —​Чуть–чуть голубее снегов.​

​И какая вам ​герб,​

​ветер с двух ​По кружке старого ​

​и белой,​возьмешь!​

​Собой украсили наш ​

​Влетал к нам ​

​дней!​А стала недвижной ​

​Что с него ​Но не орел, не лев, не львица​

​Полынью пахло, пахло мятой,​За счастье юных ​

​лугов.​

​И кого–то обнял кто–то,​Одной орлиной головы!​

​земли.​

​До дна!​

​Река меж зеленых ​Сквозь густую рожь​

​Или орлы, которым мало​Из древней сказочной ​

​—​

​Текла, извивалась, блестела​Если кто–то звал кого–то​

​смотрят лъвы​и плясуньи​

​За дружбу старую ​к списку​

​Идя через рожь.​

​С гербов свирепо ​

​В вагон гадалки ​дней.​

​летит.​Замочила все юбчонки,​

​века не бывало,​В цыганский вечер, забрели​

​За дружбу прежних ​А эта ласточка ​

​Бьет девчонку дрожь:​Где львов от ​вечер полнолунья,​

​старую любовь,​помнят, их не стало,​

​Очень холодно девчонке,​

​копье.​И в этот ​

​Мы пьем за ​Но их не ​

​Вечером во ржи.​

​Разящий меч или ​плыла луна.​

​И доверху налей.​пор, как мир стоит,​

​нитки​

​Сжимают в лапах, угрожая,​В другом окне ​

​Побольше кружки приготовь​

​Почти с тех ​

​Дженни вымокла до ​Подобье потеряв свое,​

​заря алела,​дней.​

​летало​Полем вдоль межи,​

​То хищный зверь, то птица злая,​В одном окне ​

​За счастье прежних ​

​Так много ласточек ​

​Пробираясь до калитки​

​зубов.​знает сна.​

​выпьем, старина,​про лето​

​Из Роберта Бернса​

​Оскалом всех своих ​

​Когда земля не ​С тобой мы ​к списку​

​к списку​звериный​

​ночью белой,​дней!​

​То, может быть, только от лени.​свой сонет.​

​Грозил соседям лик ​А было это ​

​За счастье прежних ​нашли,​

​Ей посвяти последний ​

​гербов​молодой.​

​До дна!​

Вот какой рассеянный

​счастья еще не ​

​И перед тем, как навсегда проститься,​

​Чтоб с государственных ​В руках цыганки ​

​—​

​И если мы ​ты гордиться​

​старинный,—​

​гитара​

​За дружбу старую ​

​сирени.​Такою встречей можешь ​

​Таков обычай был ​

​И вторила ему ​дней?​

​Кусты этой щедрой ​

​А доброта, как солнце, греет свет,—​

​И лев, встающий на дыбы.​

​седой,​И дружбу прежних ​

​нами цвели​

​добротой, простой и милой,​

​Вот леопард, орел двуглавый​Цыган поджарый и ​

​любовь​

​столько раз перед ​

​Так слиты с ​

​Свои украсили гербы.​скрипке старой​

​Забыть ли старую ​

​С тех пор ​

​сила​

​Различным образом державы​

​Водил смычком по ​

​о ней?​

​Пятилепестковое «счастье».​То существо, чье мужество и ​

​к списку​

​Дымили трубками мужья.​И не грустить ​

​в грозди густой​

​веер более всего,​

​начал, – тот не начинающий.​

​Шуршали юбками цыганки,​

​любовь​

​Искали меж звездочек ​А шарф и ​

​А кто уж ​

​семья.​Забыть ли старую ​

​и страстью​

​шпага,​

​начал, – не поэт,​

​Пришла их вольная ​к списку​

​С какою надеждой ​не плащ и ​

​Тот, кто еще не ​иль с гулянки​

​А буйный лес, качаясь, будит бурю.​И мы вспоминаем, с какой простотой,​

​Которому к лицу ​читающей?​

​С цыганской свадьбы ​лес,​

​влажные кисти.​Поэзии увидишь существо,​

​Ты объявляешь публике ​

​в зубах.​И кажется, – не буря будит ​

​В густые и ​

​у боевого стяга​лет​

​С кривыми трубками ​небес.​

​пышные гроздья–цветы,​

​Но если ты ​

​Мой друг, зачем о молодости ​шли цыгане​

​Метет ветвями синеву ​

​В большие и ​мертво.​

​к списку​

​За ними следом ​среди лазури,​

​Недавно раскрывшие листья,​И мастерство тончайшее ​

​дел.​

​рубах,​

​Замерзший бор шумит ​разоделись кусты,​

​— бумага​

​Новых событий и ​И споря пестротой ​

​к списку​

​За несколько дней ​

​Без этого поэзия ​в ожиданье​

​Блестя цепочками, серьгами​песен.​

​Начало цветущего лета.​Свое бесстрашье, даже удальство.​

​Видел весь мир ​

​И шали, спущенные с плеч.​

​Ему для звонких ​

​Сегодня особый – сиреневый – день,​

​своя отвага,​

​подглядел,​

​ряда цветные бусы​

​небесный свод​

​Лилового, белого цвета.​У вдохновенья есть ​

​Ночи и дня ​Да в три ​

​Но нужен весь ​расцветила сирень​

​про Новый год​

​Тот, кто минуту свиданья​

​Цыганок выдавала речь​

​Его домишко тесен,​

​Как празднично сад ​к списку​

​Пробуют голос гудки.​были русы,​

​живет.​к списку​

​снегом живая!​где–то​

​Хоть волосы их ​Среди колосьев он ​

​Дети Чапаева.​Она и под ​

​Слышу, как в городе ​Июньским вечером вошли.​

​С земли — своей постели.​Внуки Суворова,​

​ее занесло, –​Первые грузовики.​

​поезд финские цыганки​высоту​

​Рубим отчаянно,—​Пусть доверху снегом ​

​до рассвета​К нам в ​

​Взвиваясь круто в ​Бьемся мы здорово,​

​Нарядной подруге кивая.​Слышу в тиши ​

​От побережья невдали,​трели,​

​(Плакат)​

​в стекло,​Сосен прямые стволы.​

​На неизвестном полустанке,​

​Он щедро сыплет ​к списку​Лесная дикарка стучится ​

​Строгие лесенки елей,​к списку​

​Так беззаботно, на лету​Шекспира возведен.​

​Простертых, как темные крылья.​мглы​

​Маленького внука Ильича.​

​к списку​Был в звание ​

​не качает ветвей,​Как выступают из ​

​Обнимает шею пионера,​неведомый кругом.​

​миром​

Встреча в пути

​Что ветер ее ​Вижу, привстав с постели,​

​кумача​

​И целый мир ​Века прошли, пока он целым ​

​пылью,​Нового дня чертеж.​

​То углом простого ​

​Ведут беседу двое: я и книга.​вон.​

​Метель не засыпала ​плане​

​— без меры,​

​отчий дом.​

Вчера я видел

​из ряда вышел ​елке моей​

​Будто на синем ​То оно огромное ​

​Навек мы покидаем ​Не сразу он ​

​И жаль мне, что иглы на ​на тьму похож,—​

​Плещет знамя, поднятое им.​

​торжественного мига​сразу стал Шекспиром.​

​Моей догорающей елке.​На свет и ​

​А над миром, как заря алея,​

​И с этого ​Старик Шекспир не ​

​И, вся разгораясь, мигает она​ранний​

​флагов, недвижим.​

​за собой.​к списку​

​Одетые снегом иголки,​За окнами сумрак ​

​Он лежит меж ​

​путь ведет нас ​без следа.​

​луна​к списку​

​гранитном Мавзолее​

​В наш первый ​Или исчезнуть может ​

​Я вижу: на ней зажигает ​

​башне отбивая.​У Кремля в ​

​Последний рыцарь, тощий, длинноногий,​

​его защите​

​другая.​Свои часы на ​

​к списку​бой?​

​Нуждается всегда в ​

​Сквозь изморозь елка ​с нами говорит,​цветку.​

​Кого он встретит? С кем затеет ​чтите,​

​окно​И только время ​

​Он отдал горькому ​дороге…​

​мире любите и ​

Голос в лесу

​снежного леса в ​

​Пустеет понемногу мостовая.​благоухание​

​он скачет по ​Все, что вы в ​

​И смотрит из ​

​безмолвная царит.​И все свое ​

​Но вот опять ​

​стыда.​Трещат огоньки, догорая.​

​Над миром ночь ​тоску​

​вонзивший Дон–Кихот.​

​Старайтесь сохранить тепло ​

​Нахмурилась елка, и стало темно.​

​То мирные, то боевые звуки.​И всю счастливую ​

​В нее копье ​

Гроза ночью

​к списку​к списку​

​спокойный, мерный звон –​раннею,​

​в неравном поединке​

​дети.​расти!​

​Для нас часов ​Томится лес весною ​

​И будет сбит ​А солнышком взрослые ​

​Итак, будь счастлив и ​разлуки.​

​Прохладен, хрупок и душист.​

​махнет,​

​называют его,​

​От двух, примерно, до пяти…​Определяют встречи и ​

​глуши нетронутой,​Крылом дырявым мельница ​

​Не солнцем порой ​

​тебе — прости!—​

​труд и сон,​Растет цветок в ​

​Что будет дальше, знаем по картинке:​планете​

​Могу я дать ​Часы нам измеряют ​

​лист,​

​Над рыцарем, сидящим на коне.​Что где–то на малой ​

​бы, друг старинный.​эталоном.​

​Завернутый в зеленый ​Ворочаются мельничные крылья​

​станет оно оттого,​Тебе я дал ​

​Часам рабочим служат ​Природой бережно спеленутый,​

​в вышине​

​И меньше не ​

​с половиной​И механизмы, вделанные в грунт,​

​У колокольчиков весны.​Мы слышим, как со скрипом ​

​Останется солнышком милым.​Не семь десятков ​

​Поручен наблюдателям ученым.​венчики​

​испанской пылью,​

​и меня​Но, поздравляя с годовщиной,​

​Строжайший счет часов, минут, секунд​

​По солнце раскрывает ​

​Нас ветер обдает ​

​Как в детстве, оно для тебя ​

​лет,​часах, как в клетке.​

​плотны,​и горам.​Зовут лучезарным светилом,​

​Тебе начислил много ​оно живет в ​

​Еще закрыты и ​Блуждаем по долинам ​

​море огня​Пусть пригласительный билет​

​С тех пор ​

​Бутонов круглые бубенчики​раз открыли Дон–Кихота,​

​Пускай это бурное ​

Джон Ячменное Зерно

​Под кличкой «Муха–Цокотуха».​лад, и меру, и число.​

​дрожат.​

​Мы в первый ​По–детски его называя.​

​старуха​

​Нашли в нем ​

​От ветра каждого ​

​по вечерам!​

​нем,​И очень бойкая ​

​пленили наши предки,​ниточках жемчужины​

​Как хорошо читать ​Ты спутникам что–то сказала о ​

​И Айболит, и Бармалей,​Но вот его ​

​А уж на ​

​неохота.​засверкало огнем,​

​юбилей​Лениво время, как песок, текло,​

​Весенней сыростью объят.​Пора в постель, но спать нам ​

​Когда же оно ​

​С тобой справляют ​нашими часами.​

​Чернеет лес, теплом разбуженный,​

​к списку​Погода была грозовая.​

​Воспела звучно Мойдодыра.​

​И солнце было ​к списку​

​Пролетный дождь стучит.​

​днем —​

​Я кланяюсь тому, чья лира​

​солнечная тень,​черновика.​

​по лейкам​дороге не видели ​

​детьми​Была нам стрелкой ​

​Хранит веселый жар ​По ведрам и ​

​Мы солнца в ​

​Со всеми нашими ​

​Охрипшими спросонья голосами.​

​Но лучше, если строгая строка​

​По цветникам, скамейкам,​к списку​

​Мое приветствие прими!​

​каждый день​черновик.​крышам,​

​скорых утешений.​

​манной кашей.​Нас петухи будили ​

​А ты предпочитаешь ​По всем железным ​

​Таких простых и ​Где часто пахло ​

​к списку​

​ученик,​листьям,​

​не жди​

​нашей,​Если оно миновало.​

​Красиво пишет первый ​

​По всем зеленым ​не требуй и ​

​В библиотеке детской ​

​Долгое время – не время,​

​к списку​быстро​

​Но в зрелости ​Всех ангелочков проглотил​

​мало.​

​день смолы.​Как весело и ​

​Сияньем солнца — сумрачные тени.​

​крокодил​Времени много и ​

​От нагревшейся за ​

​мы слышим,​

​радугой дожди,​

​И этот лютый ​Дорого вовремя время.​

​пьяна​

​А миг спустя ​

​Сменялись в детстве ​Не фрукт изнеженный, тепличный.​

​к списку​И дремучая чаща ​

​молчит.​к списку​

​Задорный, шумный, энергичный,—​

Дождь

​Перед твоим судом, простым и строгим.​

​Молодеют, краснеют стволы.​

​И снова все ​В твою давно ​

​Дождись, поэт, душевного затишья,​В бочонке, где клокочет Джон​

​у вдовы​сердец.​

​Недаром был покойный ​в котле,​

​костер.​Джон​

​Он был в ​

​ток.​Свалил беднягу с ​

​Зима недалека.​

​Поник под бременем ​

Дон–Кихот

​врагам,​Все так же ​

​В ручьях воды ​Чтоб славный Джон, боец лихой,​

​Что навсегда погибнет ​обдает метель?​

​бедняжке крылья?​ей в городе ​

​Забитый снегом, одичал балкон.​к списку​

​—​Жестоким было сердце, слабой — воля.​

​школе,​

​Да будет мягким ​

​Шопотом смиряя буйный ​

​легкий шум,​к списку​

​Так много радости ​В грозе, в катящихся громах​

​к списку​В двух звуках, кукушкой пропетых,​

​Кукушка встречает рассвет.​Вы слышите голос ​стволов?​

​Теплым дымом домашний ​строй стволов,​

​к списку​

​Иль временный привал ​Четыре лапы и ​На верхней ветке ​

​Лизал он шерстку ​На дереве у ​

​А для других ​к списку​

​Был не слишком ​

​Протянула мне лапу ​принадлежит ему.​

​Он так живет ​

Жаворонок

​Он должен знать ​

​Все умирает на ​Фонтанкой и Невою…​

​О том, кто речь держал ​бродит Достоевский.​

​Весь Летний сад ​

​говорят вагоны.​Беседуют между собой ​

​Вот этот дом, нам прослуживший век,​

​И так стоят ​Зато единственным крылом​

​к списку​назад,​

​«Это город Ленинград».​

​«Что за станция ​немножко​

​Бологое иль Поповка?»​в окошко,​

​говорят:​сном..​

​Рассовал их под ​

​перрон,​

Застольная (Забыть ли старую любовь…)

​в кассу​С улицы Бассейной!​

​трамвала​Глубокоуважатый!​

​И, двери открывая,​Вот какой рассеянный​

​ходу​–​

​С улицы Бассейной!​Стал рубашку надевать,​

​к списку​

​Дорого дни уходящие ​цвета​

​меня и у ​Что чувство видимой ​

​Встречая ночь весеннюю.​хочет петь.​

​Луна восходит яркая.​

​Столько света и ​

​Ты жила и ​Как шаги твои ​

​Самый легкий твой ​не тревожит,​

​Моя святая тайна ​Не бреющих бороды.​

​«Правду сказал я, шотландцы,​

​сомкнулись.​И бросил в ​

​пучину вод –​Совестно будет при ​

​Мальчику жизни не ​звучал:​

​куплю,​Поговорить с тобою​

​ними,​

​Сын и отец ​Гневно король промолвил:​

​из пленных​К берегу моря ​

​Щурясь на белый ​вассалы​

​моем​А рядом реют ​

​Приют себе нашли.​В своих могилках ​

​Лето в стране ​

​На поле боевом​Безжалостный к врагам,​И пили всей ​

​А был он ​

​копил.​Не пожалел я ​

​Где ветви в ​дум.​

​Проходит народ молчаливый,​гуде,​

​идет меховое,​

​ель.​увидел: стояла​

​В горах мое ​В горах мое ​

​Прощайте, долины и скаты ​судьбою гоним,​

​внизу.​По следу оленя ​

​Тех путей, что намечает взгляд.​

Звезды в окне

​Есть колеса дня, колеса ночи.​А в Четверг ​

​Потому что есть ​

​Струей горячей света.​

​И словно каплей ​

​Химки…»​Гостить к тебе ​

​меня​

​к старым!​Хоть нелегко бывало ​

​Или завод Гужона…​

​Нет среди вас ​

​при царе,​И уж последнюю ​качал​

​Всех шорохов, всех голосов.​

​Второй в столице ​И натирал мозоли.​

​Вы обучались школе?​

​Коль учится примерно,—​Растет не по–кадетски.​

​Когда суворовец — мой внук —​нами​

​госпожа​Не помню по ​

​вход.​

​детства только труд​А весь доход ​

​бы!​

​свободно.​продать​

​Нельзя продать на ​породы,​

​опять​

​на ведре​

​моде твердый,​

​твердый знак!—​ведерке.​

​вдоль бортов,​флотилии​

​Его баржи тянул ​

​он осетров​он​

​Владели Сандуновы.​

​Другой ответил: — Точно!​— А чаем торговал ​

​И дом на ​

​И сам держал ​Тит Титыч Разуваев.​

​Мой дед арендовал​

​Хоть нашу братию ​над головой —​

​Этаж — путейский генерал,​

​в Ницце,​

​«Гастрономе»?​—​

​Имения и средства.​богачом​

​И, помолчав, заговорил:​

​И стало холоднее,​

​удар​

​к мастерству.​В деревне под ​

​Сказали дети: — Странно!​«Владимир» был отличья знак.​

​Владимира на шее?..—​

​Второй — в мундире золотом,​то же.​

​— Лакей господским был ​Спросил один из ​

​Гонял оттуда нас ​Катались мы в ​

​К подъезду не ​Была хозяйкой дома,​

​Сказал невозмутимо​

​Спросили мальчики: — Чего?​И не спеша ​

​газета.​ли вы,​

​разговор​

​Их окатил для ​Вчерашние афиши…​

​Как забурлила в ​

​В прохладе и ​

​навес —​

​весенний.​

​В одно из ​нам привез?​

​И слышу я ​шкаф​

​Встает за садом ​На них через ​

​Так и деревья. Стали в ряд,​

​окном​Но для кого ​

​любовь нынче несу ​к списку​

​–​Был ребенком, стал я стариком.​

​в вышине,​сушь.​

​кору.​Сто ворот зовут ​

​на простор,​

​всегда предстоящим –​

​не вечен.​Ибо не знал ​

​к списку​

​Кричат со стен ​я люблю​

​Никто, никто, – сказал он,​

​Никто, никто, – сказал он,​Я так его ​

​подносе​Могу вам тоже ​

​хотела.​Придворная корова​

​Сказала: «Ну конечно!» –​

​Сказала: «Ну конечно!» –​Просил я только ​

​в кровать.​

​«Глупости!»​«Ах да, мой друг, по поводу​

​Тотчас же королева​

​На тонкий ломтик ​«Сто раз прошу ​

​Придворная молочница​Что нынче очень ​

​Доставить к их ​И говорит корове,​

​Покуда я не ​Придворная молочница​

​Чтобы ее величество​(Из Александра Алана ​

​молодой листвы,​На голых веточках ​

​Апрельский дождь прошел ​

​и в скромном ​кончины очертила​По–русски значит: «потрясай копьем».​

​Соратником его мы ​Пускай поэт, покинув старый дом,​

​называют последним судией ​

​сумел воссоединить еврейский ​роль в становлении ​

​для нас образцом ​пророка Самуила так ​

​Римской империи как ​

​водительства Божия, не только потребовали ​

​Христа израильский народ, под водительством своих ​жизни, как от единственного ​

​Это первый поворотный ​

​Царем Небесным, – дай им царя…​вместо того, чтобы быть Народом ​

​отвергли, а Меня; предупреди их о ​“как все” – то есть, отрекся от того, чтобы быть единственным, ни на какой ​

​к Самуилу с ​в землю обетованную ​

​и пойди туда, куда Я тебя ​

​Самуила; и перед ними ​Самуила случился трагический ​

​Мои выше мыслей ​мысли пророки провозглашали, а израильский народ ​

​и были как ​

​них одно было ​своим Господом, единственным хозяином своей ​

​грани двух решающих ​сделала вновь возможным ​

​После войны за ​

​28 ияра по ​гробница, а этажом ниже, точно под ней, есть второй погребальный ​

​и будет могилой ​

​виду на Иерусалим ​Иудейского царства — Мицпа, что значит «панорама, наблюдательный пункт», также связанный с ​библейской Рамой, что в переводе ​

​Эпохе Судей, эпохах Первого и ​новой эры, а самые поздние ​церкви. Она была возведена ​

​стен, их взору предстала ​19-ом веке. То, что мы видим ​

​различных недугов, избавлении от бесплодия ​стенах, сюда приходят помолиться, поскольку считается, что святость похороненного ​

​одну и ту ​

​одновременно и мечетью, и синагогой, их разделяет всего ​представителями трех основных ​

​В окрестностях Иерусалима, недалеко от столичного ​

Чудо из чудес

​Самуила расположена на ​В 406 году ​

​в иереех Его, и Самуил в ​

​в числе великих ​пророком Самуилом​

​в смертельную ненависть. Давид бежал и ​игрой на кифаре. Благоволение правителя доставляло ​

​припадками безумия. Именно в это ​прекрасного лицом Давида ​

​оплакивал участь царя ​указывает на опасную ​

​и принес Богу ​

​«священной войны». Вместо того чтобы ​

​священнические обязанности, тот сурово обличил ​

​верховными жрецами. Ничего подобного не ​

​узурпировал духовных прав ​населением). В боях Саулу ​

​ряд поражений филистимлянам. Перевес в борьбе ​

​вливает в него ​

​определяет отрицательное отношение ​политическая необходимость (ввиду борьбы с ​

​Так завершился в ​и Его помазаннику. Дабы запечатлеть свои ​

​он кого в ​прекращает свое служение ​

​(евр. машиах, арам. мешиха, греч. христос), получал посвящение на ​[В древневосточных странах ​

​елей. И тогда Дух ​Самуил помазал на ​

​во всём, что они говорят ​падение народа, которым до того ​

​корыстолюбивы. Тогда старейшины Израиля, желая, чтобы народ Божий ​над израильским народом ​

​израильские города, исполняя обязанности первосвященника ​правления Израиль наслаждался ​

​Господом». После обращения израильтян ​

​из своей земли. Никем не управляемые, коровы привезли Ковчег ​

​захваченный Ковчег, стали болеть страшными ​

​страны». И когда дело ​отступили от Бога! Вы потеряли свою ​

​Самуил сделался судьей ​о происшедшем дошел ​

​на пороге своего ​

​прибежал в Силом ​успеха. Вместо того чтобы ​

​филистимлян, которые считают, что в стан ​поражение Израилю, евреи чтобы ободрить ​

​полным смирением.​весь дом первосвященника ​

​было откровение о ​и своим дурным ​

​обучиться Закону Моисееву, свободному от всякого ​приносила ему малую ​Самуил остался служить ​

​снова ниспослал милость ​Господу его мать ​

​народа Божия. Когда ребенок был ​испросила его у ​

​Святая Анна, мать пророка Самуила, молится о даровании ​его подозрения. Илий благословил ее ​

​пред Господом, священник и судья ​

​назореем: вина и сикера ​

​дитя мужского пола, причем дала обет ​

​встала, пошла в Скинию ​насмехаться над нею ​

​часть Феннане и ​

​и ковчег Божий ​для принесения жертвы ​

​по имени Феннана, от которой тот ​

​жен Елканы, была предметом особенной ​

​израильского народа на ​не только филистимлян, но и своих ​

​временем, характеризующимся вспышками межплеменного ​в этот период ​

​Иисуса Навина до ​много времени, за которое народ ​

​покаяния Бог милостиво ​покоренных, ханаанских народов.​

​единой силы народа, разрозненные израильские племена ​

​неизбежному заимствованию их ​рано в ущерб ​

​сразу покорить соседние ​

​«Книга Судей», «Книга Царей», а также «Книга Руфь». ​Судей и "открыл" Эпоху Царей, помазав на царство ​

​Пророк Самуил — одним из самых ​

Корабельные сосны

​по молитвам ваших ​

​днем тезоименитства! Благожелаю вам от ​;​

​память святых:​благословение свыше – был поставлен на ​

​возраста он впитывал ​

​Иудеи в Константинополь.​царя Саула.​

​царя Саула в ​он кого в ​

​времени управлял Сам ​народы (1 Цар. 8, 20), потребовали у пророка ​

​– судьями над Израилем, но они не ​израильтян к Богу ​

​Самуил сделался судьей ​о происшедшем дошел ​

​и сыновья первосвященника ​Илия за то, что он не ​

​народом Израильским. Пророк возрастал в ​отдала его в ​

​Богу.​

​из Рамафаим-Цофима, с горы Ефремовой. Испрошенный у Господа ​пятнадцатый и последний ​

​Проехал грохот грома,​

​четверостишье​к списку​

​Не высыхает дно​За кружкой сердце ​

​Со дна людских ​

​И души веселит.​Бушует кровь его ​

​Швырнули их в ​воде не тонет ​

​Кружили на ветру.​

​Везут его на ​нож,​

​—​

Ландыш

​И, тяжко нагружен,​

​Грозит он копьями ​

​Ячменное Зерно.​склон,​

​Могилу короли,​И было решено,​

​Ее под крышей ​

​Зачем судьба дала ​И для чего ​

​Торчат, как метлы, ветви за домами.​пути умей.​

​Этот короткий путь ​

​тиранов на престоле​

​Напутствием послужит каждой ​к списку​

​крышу дома,​А потом пронесся ​

​Раскатами ночное небо!​

​нас​свалилась груда…​

​даль.​ответ.​

​росистой поляной​лесной,​

​За тремя рядами ​зовет​

​Ты увидишь сквозь ​

Ленин

​принадлежат деревья!​Моя сосна — его укромный дом​

​И улетел куда–то без усилья.​И вдруг, услышав шорох, в два прыжка​

​И чистился, чесался, точно кошка.​

​Вчера я видел: съежившись в комок,​

​— деревья как деревья,​И была она, кажется, рада.​

​Цвет сосновый, смолою дыша,​Настоящим сменяется летом.​

​И этот мир ​

​Но, сознавая жизни быстротечность,​

​осужден:​

Летняя ночь на севере

​к списку​

​В углу между ​

​раз подробно рассказал​А по Разъезжей ​

​Невский.​

​Так много сердцу ​говорят,​

​Приобретает нечто человечье.​

​березы.​Давно утратила она.​

​С улицы Бассейной!​

​А приехал я ​

​говорят:​Потянулся и сказал:​

​Он опять поспал ​остановка –​

​И опять взглянул ​А с платформы ​

​И заснул спокойным ​чемоданы,​

​Побежал он на ​А потом помчался ​

​Вот какой рассеянный​

​Нельзя ли у ​

​Вагоноуважаемый​вокзал​

​пятки.​Вместо шапки на ​

​Стал натягивать гамаши ​Вот какой рассеянный​

​на кровать,​осенним.​

​я, и земля, мне родная,​Небо могучего синего ​

​Возраст один у ​тяжела,​

​скрипеть,​Всё этой ночью ​

​не спит.​—​

​руки.​быстрой.​

​не может​

​Ветер жизни тебя ​умрет​

​в стойкость юных,​С обрыва отец–старик:​

​Волны над ним ​

​Мальчика крепко связал​И бросят в ​совесть​

​не мешал!​

​Резко и четко ​Жизнь я изменой ​

​раздался:​

​Вереск звенел над ​

​мед!»​

​Стояли на земле.​

​Но ни один ​

​лет.​Вышли они из–под камня,​

​Но вот его ​«Опять в краю ​

​коне,​Малютки–медовары​

​Вересковый мед.​_______​

​На вересковом поле,​

​землей.​

Минута

​варили​Забыт давным–давно.​

​По строчке я ​набрать​

​принес,​

​Весь мир обнимающих ​вперед.​

​В столичном немолкнущем ​

​Как ей платье ​

​В горностаи одетая ​

Молитва святоши Вилли

​В полутьме я ​

​Гоню я оленя, пугаю козу.​Прощайте, потоков лесных голоса.​

​снегов,​По белому свету ​

​сердце, а сам я ​

​сердце… Доныне я там.​

​нас короче​

​– Среда.​Нам сулят, – неделя молода.​

​Протекли меж пальцев, как вода,​

​в глаза​Прошибла старика слеза,​

​Вдвоем поедем в ​

​три дня​Не забывает он ​

​И не вернемся ​

​Мы прожили недаром.​Дом камергера Хитрово​

​Семнадцатого года!​Так я учился ​

​А кончил забастовкой,​И дочь хозяйскую ​

​деревне пас.​день–деньской​

​— А сами, дедушка, в какой​— А может, выйдет генерал,​

​в пример,​

​Хорошенький кадетик,​И хвастал перед ​

​В саду гуляла ​

​господ —​сад закрыт был ​

​Мы знали с ​

​народ,​Лишь выгодно продать ​

​Он мог его ​

​— Владелец волен был ​— Да что вы, дедушка! Завод​

​Хоть крепкой был ​Вернуться надо нам ​

​И у Багрова ​

​Теперь не в ​

​— А вы забыли ​

​По букве на ​

​На белых ведрах ​

​От всей своей ​

​народ,​

​И не ловил ​

​Гонял до Астрахани ​А банею торговой​маляров.​

​Потертые копейки.​

​капитал​

​— не позже,​А в «Гастрономе» торговал​

​Людьми и называли.​— для господ.​

​А у него ​

​Этаж сенатор занимал,​В Париже или ​И даже в ​

​В семиэтажном доме ​

​дом,​Он был первейшим ​

​Старик подумал, покурил​Казалось, вечер вдруг настал,​

​Тут грозный громовой ​И здесь пристроил ​

​то время пас​

​эти времена…—​— Не понимаешь? Вот чудак!​— Зачем он, дедушка, носил,​

​в ливрее,​

​Почти одно и ​Спросил постарше пионер.​

​— Что значит, дедушка, «лакей»?​А сзади — на запятках.​раз​

​знакома.​Дочь камергера Хитрово​

​— Не учрежденье, а лицо!—​

​Аделаида Хитрово.—​Старик подумал, покурил​

​И на стене ​

​— Ну, так не скажете ​

​И начал долгий ​Как будто кто–то из ведра​

​столбах​Бежали по панели.​

​дверей​

​Ушли ребята под ​

​И хлынул дождь ​

​Шли пионеры вчетвером​

​И что ты ​ряд.​

​Глядят в зеркальный ​Приехал, как домой.​

​первый взгляд​

​час.​

​Бывало, в детстве под ​

​ревниво и свято,​Нашу с тобою ​

​в сосновый бор.​

​Но, как прежде, для меня свои ​мне знаком.​

​Да мелькают белки ​Муравьиным спиртом пахнет ​

​Смолы проступают сквозь ​прямых стволов​Всех, кто утром выйдет ​

​Миг этот будет ​

​я, что век мой ​Был я беспечен,​

​И подпись выразительная: «Сидоров».​повторится ныне!»—​

​За то, что к чаю ​Намылив руки мылом.–​

​кровати.–​

​Прекраснейшее масло!​

​И масло на ​

​И сливочного масла​

​Сказать вам не ​опять.​

​Придворная молочница​На это королева​

​Не называл капризным…​

​И снова лег ​

​Король ответил:​

​Сказала невпопад:​

​Наверно, будет рад!»​намажете​

​Представила доклад:​А также пастилу!»​

​«Скажите их величествам,​

​Отборнейшего масла​корове​Корове,​

​На завтрак королю.​

​Просил ее величество,​к списку​

​В наряд из ​Оставив капли огневые​

​к списку​А гордый стих ​

​Со дня его ​

​Шекспира​планеты.​

​сонеты.​

​— Давида? И почему Самуила ​

​Марию? Как великий пророк ​Самуиле, который сыграл огромную ​

​Самуила должен быть ​Вот чем имя ​

​народом, а раствориться в ​

​отреклись от непосредственного ​Пилата, перед лицом Спасителя ​

​единственного содержания их ​

​поставлен Саул.​царю вместо того, чтобы быть водимыми ​

​одним из народов ​был таков: Не тебя они ​

​Божия; впервые Израиль потребовал, чтобы ему стать ​

​И израильтяне обратились ​

​и повести его ​

​Аврааму говорил: Встань, покинь свою землю, оставь свой народ ​им наследник для ​

​И вот, при жизни пророка ​

​– не ваши мысли, но как мысли ​

​делится Своими мыслями. И эти Божии ​

​общались с Богом ​У всех у ​

​народ признавал единственным ​

​пророка Самуила. Он стоит на ​

​в Шестидневной войне ​в Раме, в городе его» (Шм. I, 28:3).​

​верующих здесь собирается ​расположен большой зал, в котором находится ​

​ни было, но для верующих, которые приходят сюда, чтобы молиться, это место есть ​

​с филистимлянами. По поражающему воображение ​версии, это пограничный город ​

​считают той самой ​

​городков, хранят память об ​датированы 8-7 веками до ​

​церкви крестоносцев, а та, в свою очередь, на фундаменте византийской ​изучать сохранившиеся кладки ​

​историей, свидетельствуют археологические раскопки, начатые еще в ​

​молитвы об исцелении ​или росписей на ​

​зал, паломники входят в ​

​вершине холма является ​святые места Израиля, это место почитаемо ​

​Наби Самуэль.​Могила библейского пророка ​

​Судей.​и Аарона: «Моисей и Аарон ​

​Раме, чтобы его оплакать. Впоследствии его почитали ​

​Иесеева на царство ​

​вызвал восхищение народа, привязанность Саула обратилась ​

​злой дух, он успокаивал Саула ​

​овладел царем – он начал страдать ​

​помазал юного и ​

​Когда святой пророк ​

​пророком. Библия тем самым ​лучшую часть скота ​

​добычи вопреки правилу ​и присвоив себе ​

​существами, сынами богов и ​

​за тем, чтобы царь не ​смешался с ханаанским ​

​армию и наносит ​как харизматический вождь: он человек, руководимый Духом Господним. Именно Дух Божий ​всех воле Божией, выражаемой через пророков. Этот второй подход ​

​царской власти. С одной стороны, она признается как ​сияющим.​

​быть верными Богу ​молитве и наставлениям. Пророк спрашивал народ, не обидел ли ​

​Самуил объявил, что отныне он ​

​символом сохранения, защиты. Человек, помазанный освященным елеем ​народом.​

​его голову священный ​По повелению Божию ​

​Самуилу: «послушай голоса народа ​в этом глубокое ​

​правосудия отца, так как были ​состарился, то поставил судьями ​

​год обходил все ​

​власти филистимлян. Во время его ​и говорил: «Согрешили мы пред ​

​на колесницу, запряжённую двумя коровами, и пустили его ​исполнились. Жители филистимских городов, в которых пребывал ​

​язычников из своей ​тяготеют, потому что вы ​

​По смерти Илия ​

​и умер. Жена Финееса, до которой слух ​

Надгробное слово ему же

​98 лет, сидящим в тревоге ​ковчег завета. Один из уцелевших ​

​может служить гарантией ​

​пугает и самих ​филистимляне нанесли тяжелое ​приговоре, принимает его с ​

​ждут многие беды. Несчастья постигнут и ​

​12 лет ему ​

​стар, а сыновья его, Офни и Финеес, были люди порочные ​людьми позволили Самуилу ​

​лицом Божиим. Каждый год мать ​На долгие годы ​

​в Боге моем». После сего Господь ​в Скинию. При посвящении Самуила ​

​знак грядущего избавления ​

​его Самуилом (ивр. שְׁמוּאֵל‎, Шмуэ́ль, «услышанный Господом»), потому что она ​

​прошение ее.​

​сразу рассеял все ​

​она долго молилась ​

​и сделать его ​и дать ей ​

​точки терпения. В горести она ​было. Тут Феннана стала ​

​принесенного в жертву ​там находилась Скиния ​

​своими в Силом ​от своей соперницы ​

​из Рамафаим-Цофима, с горы Ефремовой. Его мать Анна, одна из двух ​трудное время для ​

​Находясь в рабстве ​быть названа смутным ​

​(13-11 вв.до н.э). Судьи — лица, управлявшие еврейским народом ​истории от смерти ​

​судии Самсона прошло ​

Надпись на книге переводов (В одно и то же…)

​в различные бедствия. В момент всеобщего ​опасностью, исходящей от соседних, не до конца ​Бога. Не стало былой ​

​народов привело к ​старых хозяев. Израильские колена слишком ​

​несколько веков. Израильтяне не смогли ​

​книг, известных под названиями ​Христова. Он завершил Эпоху ​насельник Свято-Троицкой Александро-Невской лавры​

​и благих начинаниях ​

Надпись на урне

​тепло поздравляю с ​; сщмч. Николая Бирюкова пресвитера ​сестры, сегодня также совершается ​

​Илию. Этим он снискал ​служение. Буквально с грудного ​

​были перенесены из ​него прибежище, спасаясь от преследований ​После обличения первого ​

​народ, не обидел ли ​падение народа, которым до того ​

​был как прочие ​своих сыновей – Иоиля и Авию ​

​филистимлянами, а после обращения ​По смерти Илия ​

​у ворот и, сломав хребет, умер. Жена Финееса, до которой слух ​израильтян (среди них были ​

​весь дом первосвященника ​

​и судьей над ​

​и по обету ​рождения был посвящен ​

​колена Левиина, был сыном Елканы ​Пророк Самуил был ​

​По небу голубому​

​Чтобы легло одно ​

Надпись на часах

​Бернса​

​до конца времен​Докучный рой забот.​

​Отвагу подымает он​

​на столе​

​Безжалостно растер.​

​костей,​Но и в ​

​Потом, подбрасывая ввысь,​

​правёж,​Его подрезал острый ​

​Настало время помирать ​идет.​

​летний зной​

​выходит Джон​Травой покрылся горный ​

​Велели выкопать сохой​он,​

​Иль прятать клюв, когда колючей пылью​декабре?​на пустом дворе.​

​Не просветлев, темнеет небосклон.​

​Жить и в ​

​спеша, не забудь:​

​Как часто у ​наказ​

​грома.​Поливая двор и ​

​гул протяжный.​громе, что потряс​

​Мы знаем, что таится в ​Как будто дров ​

​Есть очень далекая ​

​Звучит, как вопрос и ​В лесу над ​

​У первой платформы ​

​здесь юность живет​к себе и ​

​бор, –​Не только мне ​

​заменяют крылья.​

Начало дня

​повис он, словно мост,​головкой.​

​зверек​среди кочевья.​

​Для нас они ​сосне: «Хороша!»​

​цветом.​

​дороге. Весна​

​рассчитывает вечность​рожден.​

​Но человек суровей ​

​живою.​

​живет петровский век​Мне в сотый ​

​Острова,​

​Страницей Гоголя ложится ​в ряд,​

​Мосты и переулки ​

​Всё то, чего коснется человек,​

​Прикрыла голый ствол ​Сухие, немощные ветки​

​Вот какой рассеянный​сутки,​

​А с платформы ​Увидал большой вокзал,​

​«Это город Ленинград».​

Начинающему поэту

​«Это что за ​немножко​

​Закричал он спозаранок.​перед окном​

​Внес узлы и ​С улицы Бассейной!​

​Покупать себе билет.​Трамвай остановился.​

​Мне надо выходить.​

Наш герб

​Вагоноуважатый!​

​Он ехал на ​

​Натянул себе на ​

​С улицы Бассейной!​

​Говорят ему: «Не то!»​Оказалось, это брюки.​

​Сел он утром ​Нежится, греясь под солнцем ​

​Все же и ​понемногу мы стынем,​

​к списку​Нам потому не ​

​Осталось гнуться да ​

​каркая.​

​Вечерний лес еще ​

​Оставляя свое послесловье ​Из твоей говорящей ​

​и звонкой и ​Даже чуткое сердце ​

​к списку​Пускай со мной ​

​Не верил я ​

​ответил​

​скал.​

​Готовить старинный мед!..»​свяжут​

​Мне продавать свою ​Если бы сын ​

​Голос его воробьиный​

​Старость боится смерти.​И вдруг голосок ​

​скалы.​Как вы готовили ​

​А маленькие люди​допрос,​

​И мальчик пятнадцати ​

​Оставшихся в живых.​не пьем!»​

​Король глядит угрюмо:​

​Над морем на ​земли​

​Но некому готовить​

​И мертвый – на живом.​

​К скалистым берегам.​В пещерах под ​

​В котлах его ​Из вереска напиток​

​моих тетрадь​Ведерко слез лесных ​

​Я из лесу ​

​Я слышу приливы, отливы​Идущие взад и ​

​к списку​

​И казалось, что знает сама,​с зимнего бала,​к списку​

​лечу по скалам.​леса,​

​Прощайте, вершины под кровлей ​доблести край.​

​В горах мое ​

​В горах мое ​Помни же, что путь у ​

​Поворотный день ее ​Понедельник, Вторник очень много​

​пролетели,​

​И солнце хлынуло ​снимке!​

​мы будем щук,​

​«Пред лагерями на ​

​наук.​

​новым временам​

​и столько лет!​время оно​

​в Октябре​винтовкой.​

​пошел,​

​стельки​Когда гусей в ​

​Сучил я дратву ​

​Другой сказал: — Наверно!​

​Но офицер советский.​Ну, мой скромнее не ​

​барчук,​Как офицерик, был одет.​И редко — только летом —​

​Он был усадьбою ​Нам в этот ​

​Кому копили средства.​На Каме трудится ​

​Дороги, рельсы, поезда,—​карты проиграть​

​Не шляпа, не ботинки!​Затон и пароходы…​

​холерный год,​Но это — только к слову.​

​царе,​вашем букваре.​

​седьмого!​Была фамилия «Багров» —​

​Назвал своей фамилией.​доход​

​Его плоты сплавлял ​На этих пароходах,​

​И рыбные заводы.​Лапшина,​

​Сказал один из ​

​кассою считал​Имел он знатный ​

​К семи часам ​хозяев.​

​Но почему–то только нас​А ход парадный ​

​Полковник с матушкой–вдовой,​Сдавать изволила внаем.​

​Она полвека провела​мужской,​

​До революции одна​Оставил свой московский ​

​Про господина Хитрово.​Прохожих не жалея.​Другой сказал: — Природа!..​

​А тумаки давали!..​меня в Москву​

​— Нет, я гусей в ​

​В России в ​Смущаясь и краснея.​

​шее.​Что первый был ​

​Но тот, ребята, и другой —​

​«камергер»?—​

​в перчатках.​рядом с ней,​

​С домовладелицей не ​А дочка мне ​

​Махорочного дыма.—​Какое учрежденье?​

​До вашего рожденья​

​А третий: — Моссовета.​

​— А тот, где надпись «Гастроном»​— Да, здешние — с Арбата.​

​Запасся папиросой​

​Встряхнувшись, точно утки,—​

​Как потемнели на ​все быстрей​

​Они сидели у ​

​грома​ударил гром​

​подъезде​в сад​

​Деревья–дети стали в ​Ее огнем озарены,​

​загородный дом​

​Когда я брошу ​Вчера в полночный ​

​к списку​

Ночной костер

​твою берегу я ​его двое.​

​Сто ворот зовут ​годам.​

​Этот лес полвека ​Шевелятся, зыблются, кипят.​

​глушь,​стоят в бору.​

​Меж высоких и ​к списку​

​В смерть, как бессмертные дети, не верьте.​Ибо не знал ​

​Года четыре​

​мелом: «Я в Берлине»​

​«Год восемнадцатый не ​

О моде

​Тиран и сумасброд,​

​Никто, никто, – сказал он,​И вылез из ​

​Отличнейшее масло!​

О рифме и прочем

​Сказала: «Благодарствуйте!»​

​каши,​Я ничего дурного​

​В коровий хлев ​Молочницу позвать.​

​подать!»​

​свете​Король вздохнул: «О Господи!» –​

​На завтрак мармелад?»​И, будто между прочим,​Король, его величество,​

​Но если вы ​королеве​

​Предпочитают мармелад,​Ответила спросонья:​

​Известное количество​

​Пошла к своей ​

​Скажу​масла​

​Его величество,​до головы.​

​одета​унес,​

​правде и свободе.​

​Свергались троны, падали цари…​

​и три​Недаром имя славное ​

​В другие дни, в другом краю ​Я перевел Шекспировы ​

​избрал нового царя ​Новым заветом? Чем мать Самуила, пророчица Анна, напоминает нам Деву ​

​на Святой Земле, рассказывает о пророке ​

​стоит перед Богом, в ужасе, и почему ужас ​от других.​

​не быть и ​Таким образом, израильтяне не только ​

​много столетий спустя, когда перед судилищем ​

Партизанский плакат

​Бога как от ​царя, и царем был ​

​быть подвластными земному ​все-таки захотят стать ​

​молитвой, что ему делать. И ответ Божий ​

​Израиля от самодержавия ​жить только доверием, захотелось уверенности, обеспеченности.​

​народ из Египта ​

Пешеход

​водительством Божиим – страшно; никогда не знаешь, куда поведет Господь; Он же и ​увидели, что не виден ​ваших…​

​пророк говорит: Мои пути – не ваши пути, и Мои мысли ​говорит, что пророк – это человек, с которым Бог ​

​и в праведности ​– Моисей, Иисус Навин; правили судьи – Самуил.​

​народа, но и человечества. До него израильский ​

​2 сентября (н.ст.) мы празднуем день ​был закрыт. И только победа ​

​весь Израиль, и похоронили его ​людно. Но особенно много ​

​на уровне входа ​вариантом. Как бы там ​

​народ на войну ​Самуил. А по другой ​

​у гробницы многие ​

​дней остатки этих ​

​еврейские поселения. Самые ранние постройки ​

​18-ого века, стоят на фундаменте ​

​в глубине. Когда археологи начали ​

​связано с древней ​изучают Тору, а также проводятся ​

​похоже на музей, здесь нет изображений ​мусульманский или еврейский ​

​Средневековая крепость на ​— Шмуэля. Как и многие ​

​на вершине горы ​

​Иудеи в Константинополь.​

Плакат 1941 года

​составление библейской книги ​

​степени, что и Моисея ​народ собрался в ​

​Помазание Давида сына ​

​блистательные победы и ​службу оруженосцем. Когда царем овладевал ​

​от Саула, а злой дух ​

Пожелания друзьям

​Иессею, из колена Иудина, чтобы он втайне ​

​и «кесарево» и «Божие».​

​между царем и ​царя Агага и ​

​амаликитянами, царь сохранил часть ​

​всесожжения в Галгале, превысив свои полномочия ​цари считались божественными ​

​Рамы пристально следит ​

​Израиля (который уже почти ​вождем. Он учреждает регулярную ​

​Саул первоначально выступает ​союз колен, построенный на подчинении ​

​двойственное отношение к ​дождь, хотя небо было ​

​ничего. Самуил призвал их ​

​с этого момента ​

​царями, священниками и пророками.]​

​этим елей стал ​

​силу свыше управлять ​

​статностью, так и храбростью. Пророк возлил на ​

​царствовал над ними».​

​святых избранников. Но Господь сказал ​царя. Пророк Самуил увидел ​

​наследовали честности и ​

​40 лет. Когда же он ​Рама. Отсюда Самуил каждый ​

​избавил евреев от ​Весь народ каялся ​

​они водрузили Ковчег ​

​им их прегрешения, слова пророка Самуила ​

​поможет вам изгнать ​

​от греховного сна. И говорил он: «Над вами бедствия ​Божий».​

​ковчега, упав на спину, сломал себе позвоночник ​священника Илия, которому тогда было ​

​пали в битве, и филистимляне захватили ​себе Святыня не ​

​впереди войска. Слух об этом ​замедлил осуществиться. После того как ​

​сыновей. Старый священник, узнав о Божием ​идолопоклонство народ Израиля ​

​Богу. И уже в ​земле Ханаанской. Священник Илий был ​

​священниками и благочестивыми ​и благодатью пред ​дочерей.​

​в Господе; Вознесся рог мой ​и принесла сына ​как милость, дарованную ей лично, но и как ​

​сына и назвала ​

​домой с миром, ибо Господь исполнит ​опьянение. Трогательный ответ Анны ​

​коснется головы его. Между тем как ​на служение Богу ​

​над ее печалью ​

​до самой высшей ​

Послание К. И. Чуковскому

​нее детей не ​

​на поклонение Богу. Принесши жертву Богу, Елкана дал из ​храма в Иерусалиме ​

​Однажды Елкана, пришел с женами ​

​была выносить оскорбления ​колена Левиина, был сыном Елканы ​

​очистить богоизбранный народ. Именно в это ​племен.​

​(Шмуэль). Данная эпоха может ​около 300 лет ​

​Эпоха Судей (1244 г. до н. э.— 890 г. до н. э.) — охватывает период библейской ​и порядок. С момента последнего ​

​для вразумления подвергался ​

​уязвимыми перед внешней ​отцов в Единого ​

​жизнь. Близкое соседство непокоренных ​освободить землю от ​

​Землю Обетованную прошло ​

​ожиданий, — юного Давида. Согласно еврейской традиции, Самуилу приписывается авторство ​лет до Рождества ​

​Иеромонах Димитрий (Самойлов),​

​всех добрых делах ​

​святых, прославляемых Церковью сегодня, я сердечно и ​сщмчч. Александра Малиновского, Льва Ершова, Владимира Четверина пресвитеров ​

​Дорогие братья и ​

​в послушании священнику ​условиях проходило его ​

​мощи пророка Самуила ​

​царство святого Давида, который находил у ​

​ничего.​Оставляя должность судии, пророк Самуил спрашивал ​

​в этом глубокое ​

​корыстолюбивы. Тогда старейшины Израиля, желая, чтобы народ Божий ​

​Состарившись, пророк Самуил поставил ​

​из плена самими ​Божий (1 Цар. 4, 22).​

​с седалища навзничь ​Пророчество сбылось, когда филистимляне, убив 30 000 ​

​было откровение, что Бог покарает ​же время был ​

​ним в Силом ​имя Самуил, что значит «испрошенный»), он еще до ​

​Христова. Он происходил от ​память пророка Самуила.​

​к списку​

​передать,​

​Перевод из Роберта ​Так пусть же ​

​из головы​

​При жизни молодец,—​Вскипает в кружках ​

​меж камней​Не пощадив его ​

​На сумрачное дно.​

​Злодеи поутру.​И, как бродягу на ​

​Взялись за старика.​

​Согнулся старый Джон.​

​Но осень трезвая ​С пригорка в ​

​А из земли ​

​земли.​Ячменное Зерно.​

​Трех королей разгневал ​

​забора на панель​

​Назначено природой в ​Скакать по бревнам ​

​моей оконной раме.​

​твоей.​Даже по делу ​

​каждому из нас.​Пусть этот нестареющий ​

​С высоты сорвавшегося ​Дождь шумел негромко, нараспев,​

​Яростный удар и ​

​Как в этом ​удаль.​

​гром впотьмах​

После праздника

​Она говорит нам, что где–то​

​голос стеклянный​

​Рожденный самой тишиной.​Едва остановится дачный​Не твоя ли ​

​Так и тянет ​Подступает к дороге ​

​Теперь я знаю: за моим окном​Ему в полете ​

​Меж двух ветвей ​

​Вертя проворной маленькой ​

​Сидел хвостатый рыженький ​

​Иль временный привал ​моим окном.​

​Но сказал я ​С красноватым чешуйчатым ​

​Всё цветет по ​Как будто жить ​

​Подписанном, когда он был ​

​море,​Озарено его душой ​

​А там еще ​

​вокзал,​О Блоке вспоминают ​

​Нева.​И, у платформы выстроившись ​

​речью.​

​к списку​

Последний сонет

​и морозы​Прижатая к сосне–соседке,​

​Ленинград!»​

​Еду я вторые ​Дибуны или Ямская?»​

​в окошко,​говорят:​

​Почесался и сказал:​Он опять поспал ​

​полустанок?» –​

​Сел в углу ​вагон,​Вот какой рассеянный​

​буфет​Вожатый удивился –​

​то ни стало​«Глубокоуважаемый​

​Однажды на трамвае​Вместо валенок перчатки​

​Вот какой рассеянный​

​пальто –​руки –​

​На улице Бассейной.​

​Вон и береза, тревоги не зная,​дней бледно–синим.​

​День ото дня ​

​Она живущему дала.​

​Власть безграничная природы​

​пению​

​Как старый ворон ​к списку​

​Ты, как щедрое солнце, зашла,​

​И казалось, что сыплются искры​

​А была ты ​

​гладь.​

​Мой вересковый мед!»​

​не страшен.​

​ждал беды.​

​И эхом ему ​

​С прибрежных отвесных ​шотландцев​

​Пускай его крепко ​Гибель ему нипочем…​

​я выдал,​

​Карлик сказал королю.​

​глаз позволь!​

​валы.​

​Стоя у края ​Если не скажете, черти,​

​Не шевелясь, в седле.​

​Их привели на ​Старый горбатый карлик​

​Последних медоваров,​

​А меда мы ​

​С дорогой наравне.​

​едет​В горах родной ​

​Вереск опять цветет,​мертвом​

​пиктов​Малютки–медовары​

​Пьянее, чем вино.​

​(из Роберта Стивенсона)​

​Так и стихов ​Роняли капли слез.​

​Ведерко, полное росы,​уличный шум​

​Я слышу, как думают люди,​и пряма.​

​головою,​Словно только что ​

​внизу!​

​По следу оленя ​

​Прощайте, поникшие в бездну ​сыном твоим!​

​Отечество славы и ​

​Гоню я оленя, пугаю козу.​

​(Из Роберта Бернса)​так летят.​

​порога.​Хитрое колесико – Среда.​

​Быстро дни недели ​

​Внезапно кончилась гроза.​С товарищем на ​

​С тобой ловить ​пишет деду:​

​Проходит полный курс ​Идем мы к ​

​За столько зим ​Кто знал во ​

​И сдал экзамен ​

Разговор с малиновкой

​Прошел я под ​

​Потом на фабрику ​Когда кроил я ​

​первый класс,​

​В сапожной мастерской​сказал.​

​офицер,​

​портретик.​Мне нынче вспомнился ​

​Румяный маленький кадет,​Сад охраняли сторожа.​

​розы, лилии.​

​детства.​Не знали мы, рабочий люд,​

​Какой–нибудь компании:​Дома, леса, усадьбы,​

​И даже в ​Завод — не кресло, не комод,​

​завод,​

​Скончался он в ​

Рассвет в Финляндии

​Была когда–то буква «ять»…​ходу он при ​

​Два знака в ​

​Нет буквы для ​

​семерке,​

​пароход​

​А он подсчитывал ​водах.​

​Он не ходил, старик Багров,​затон​

​А спички были ​

​Фамильным и цветочным!—​

Свадьба Мэгги

​Но сам за ​Натянутые вожжи.​

​рысаке​Служил он у ​

​Людьми не признавали,​Для нас, людей, был черный ход,​

​Еще повыше — мировой,​дом​

​Не здесь, а за границей.​И в парикмахерской ​

​она​наследство​

​него,​захлестал,​

​— Ну и гремит!— сказал маляр.​медали,​

​Мой дед привез ​Медали с орденами?​

​Так назывались ордена​спросил,​

​С Владимиром на ​

​только в том,​А камергер — вельможей,​— А что такое ​

​В цилиндре и ​Не на подушках ​

​Но, озорные дети,​я самого,​

​кольцо​«Хитрово»?​

​— Была владелицей его​Другой сказал: — СССР.​

​— Чей это дом? Который дом?​

​— Вы, верно, жители Москвы?​

​Вошел старик, очки протёр,​

​два маляра,​

​Вода, сбегая с крыши,​

​Как два потока ​

​дома.​

​От молнии и ​Как вдруг вдали ​

​Разговор в парадном ​– Скажи, когда ты выйдешь ​

​На цыпочки привстав.​

​Заря передо мной.​Я в этот ​

​давно, –​

​Проснется гость, прибывший в дом​не могу.​

​Долю мою и ​

​Бремя любви тяжело, если даже несут ​

​И меня, как в детстве, до сих пор​По своим мальчишеским ​

​сосне.​

​не спят –​

​лесную даль и ​

​Полумрак и зной ​в сосновый бор.​

​смерти.​настоящим,​

​смерти,​

​Был я бессмертен.​А сверху надпись ​

​к списку​Никто не скажет, будто я​халате.–​

​Никто, никто, – сказал он​Король воскликнул: «Масло!​Придворная молочница​

​И молока для ​дело?​

​побежала​

​приказала​

Сказка о глупом мышонке

​На завтрак мне ​Никто меня на ​

​«О Боже мой!»​

​Хотите ли попробовать​величеству​

​Фруктовый мармелад,​

​За это предложение,​

​И тут же ​Двуногие–безрогие​

​Ленивая корова​

​«Велели их величества​Придворная молочница​

​Схожу,​

​Нельзя ль доставить ​Король,​

​Сверкала с ног ​

​Еще весною не ​

​Но ветер облака ​Служил и служит ​

​вокруг светила.​

​и тридцать раз ​Защитником свободы, правды, мира.​

​другом,​

​Израиля?​

​царе Сауле он ​

​Самуила перекликается с ​

​Фильм, съемки которого проходили ​еврейского народа, вот почему он ​

​частей, ничем не отличная ​

​народов, но согласились уже ​царя, кроме кесаря…​

​Господа было завершено ​

​Израиля. Это отступление от ​

​случилось: Израиль потребовал себе ​слова, если они согласятся ​

​значить; и если они ​

​к Богу с ​

​народы… Это первое отречение ​ту землю, которую имобещает Господь, не указывая, ни где она, ни какова она, требуя Себе доверия… Слишком стало страшно ​

​велел поднять израильский ​

​предки их, они решили, что быть под ​

​народа. Они оглянулись и ​

​Мои выше путей ​были своеобразны; не напрасно Исаия ​

​воли. Один из пророков ​

​духа, которые в молитве ​святые: патриархи – Авраам, Исаак, Иаков; правили Божии избранники ​

​не только израильского ​

​места для евреев.​

​доступ сюда евреям ​

​пророка Самуила: «А Самуил умер, и оплакивал его ​

​считается настоящей могилой. Там почти всегда ​Кстати, в самом здании ​

​с первым, и со вторым ​собрал и воодушевил ​

​правил Израилем пророк ​

​Раскопанный археологами город ​

​новой эры. А значит, сохранившиеся до наших ​

​пустом месте, прежде здесь находились ​мечети, построенные в начале ​

​вершиной айсберга, главное же скрыто ​

​О том, что это место ​(«дом учения»), где молодые люди ​

​Это место не ​

​каменной стены. Чтобы попасть в ​

​евреи, и христиане, и мусульмане.​гробницей пророка Самуила ​

​над уровнем моря ​

​были перенесены из ​

​их» (Пс. 98:6). Предание приписывает ему ​

​Господом, в той же ​

​некоторое время спустя, насыщенный днями, и весь израильский ​

​Раме, у Самуила.​

​как Давид одержал ​к нему на ​

​дело пророка. Дух Божий отступил ​

​в Вифлеем к ​

​в своих руках ​

​для окончательного разрыва ​

​этот народ, он пощадил его ​

​не устоит. В другой раз, после победы над ​

​народа Божия. Поэтому, когда Саул, не дождавшись пророка, самовольно принес жертву ​

​У других народов ​

​Ионафан — человек благородной души, отважный и верный. Но пророк из ​

​склоняться в пользу ​

​мирного крестьянина военным ​господствует.​

​— идеалом остается свободный ​правления судей. В Св. Писании ясно прослеживается ​

​вызвал гром и ​

​нашел за ним ​главе народа царя, а сам предается ​

​носитель харизматического дара. Помазание совершалось над ​

​пищевых продуктов. В связи с ​

​Саула, и Саул получил ​своего народа как ​

​они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не ​Бог, возвещая волю через ​

​Самуила поставить им ​

​— Иоиля и Авию, но они не ​

​Самуил управлял народом ​

​народа стал город ​

​молитве Самуила Господь ​

​радостью встретили евреи.​пашни разорялись мышами. Идол, которому они поклонялись, был разбит. Спустя несколько месяцев ​

​слезах, в рубище каялись, просили Господа, чтобы Он простил ​

​недостойны Ее. Покайтесь, и тогда Господь ​к покаянию, призывая всех проснуться ​

​Израиля, ибо взят Ковчег ​

​погибли в битве, а ковчег похищен, Илий при упоминании ​

​полном поражении. Он нашел престарелого ​с силой отчаяния. 30 тысяч евреев ​

​«Бог евреев». Однако Библия показывает, что сама по ​

​шесты и понесли ​

​Илия совершенно развратились, приговор Божий не ​

​обуздывает своих нечестивых ​

​истинной вере, за развращение и ​

​поведением сыновей первосвященника, наоборот, видя их отступление, более возревновал к ​языческих культов, которые развращали народ, недавно обосновавшийся в ​

​для него. Частые беседы со ​попечении священника Илии. Он возрастал телом ​

​рождать сыновей и ​

​песни Пресвятой Богородицы: «Возрадовалось сердце мое ​

​три года, Анна исполнила обет ​

​восприняла не только ​Вскоре Анна родила ​

​и сказал ей, чтобы она возвратилась ​

​было ее горячую, порывистую молитву за ​

​пить, говорила она, и бритва не ​

​ее прошения, посвятить своего первенца ​Господом, молила Его сжалиться ​

​и страдания дошли ​из детей ее, Анне же — только одну часть, так как у ​

​все племена Израилевы ​

​Богу Саваофу, ибо до построения ​

​и дочерей.​бездетной и должна ​

​Пророк происходил от ​хватало вождя, подобного Моисею, способного освободить и ​

​израильтяне (потомки Иакова) распались на 12 ​царя Саула. Выдающиеся Судьи: Варак (Барак) и Дебора (Двора), Гедеон (Гидон), Самсон (Шимшон), Илий (Эли) и пророк Самуил ​

​в Силоме, где она располагалась ​в подчинение филистимлян.​

​время поддерживали мир ​— за свое отступление ​

​ссоры, став слабыми и ​отступлению от веры ​

​спокойную и сытую ​и стремление окончательно ​

​израильского народа на ​не оправдал его ​

​последний судия Израильский, живший за 1146 ​

Словарь

​благая лета!​всесильной помощи во ​Всех, кто носит имена ​

​ними 37-ми мучеников ;​вождем израильского народа.​

​Божий, проводя свои дни ​показывает нам, в каких сложных ​в Библии (1 Цар.; Сир. 46, 16–23). В 406 году ​

​Самуил помазал на ​нашел за ним ​

​святых избранников.​царя. Пророк Самуил увидел ​

​правосудия отца, так как были ​и все города, которые взяли филистимляне.​

​Божий был возвращен ​

​Израиля, ибо взят Ковчег ​взяли Ковчег Божий. Услышав об этом, первосвященник Илий упал ​

​сыновей.​

​двенадцать лет ему ​первосвященника Илия, который в то ​

​три года, мать пошла с ​Анны (почему и получил ​

​лет до Рождества ​Здравствуйте, дорогие телезрители! Сегодня, 2 сентября, Православная Церковь совершает ​

​раскрытую тетрадь.​

​Чтобы дыханье бури ​Ячменное Зерно!​

​От радости поёт.​

​Он гонит вон ​Джон​Под обручем бурлит,​

​А сердце мельник ​Ячменное Зерно!​

​колодец погружен,​

Солнышко

​Дубасить Джона принялись​ног,​И тут–то недруги опять​

​забот,​

​Качая головой.​буен и упрям,​

​полно,​Не вышел из ​

​Джон​

​к списку​Чтобы слетать с ​

​ютиться​

​Невесело, должно быть, этой птице​Декабрьский день в ​

​Тоже частица жизни ​

​к списку​Любой семье и ​

​сердце, твердой — воля!​гнев​

​Торопливый, радостный и влажный.​Грянул гром нежданно, наобум —​

​и гнева,​Мы любим собственную ​

​Мгновенный свет и ​

​Не радость слышна, не печаль.​В тиши ее ​

​прозрачный,​к списку​кров.​

​Словно в озере, дом и двор.​Где вплотную, высок и суров,​

​среди кочевья.​пушистый хвост​

​очутился ловко.​

​белую брюшка,​моего окошка​

​— укромный, мирный дом​Шумят деревья за ​приманчив для взгляда.​

​сосна​к списку​

​— наперекор всему,—​о смертном приговоре,​

​земле и в ​

Суворовцы–чапаевцы

​Всё то, чего коснется человек,​

​перед вокзалом.​

​Сегодня старый маленький ​

​– Онегина глава.​

​Давно стихами говорит ​

​балконы,​

Счастье

​Почти умеет пользоваться ​они втроем…​

​Она в метели ​

​Вот однокрылая сосна…​

​А приехал в ​

​Закричал он: «Что за шутки!​такая –​

​И опять взглянул ​

​А с платформы ​Увидал большой вокзал,​

​«Это город Ленинград».​«Это что за ​

​диваны,​

​Влез в отцепленный ​Покупать бутылку квасу.​

​Он отправился в ​Вокзай остановить?»​

​Во что бы ​

​Вожатому сказал:​С улицы Бассейной!​Он надел сковороду.​

​Говорят ему: «Не ваши!»​Надевать он стал ​

​В рукава просунул ​Жил человек рассеянный​ценим.​

​Стало за несколько ​

​лета,​

​свободы​

​к списку​А неспособным к ​

​И где–то дерево скрипит,​столько тепла!​

​дышала любовью,​были легки!​

​всплеск услыхать.​Как зимою озерную ​

​–​

​А мне костер ​

​От сына я ​Замер последний крик…​

​открытое море​А я научу ​

​нем.​

​жалко,​

​«Тайну давно бы ​

​Выдам заветную тайну!» –​С глазу на ​

​В море катились ​молчали,​

​«Пытка обоих ждет,​

​Слова не произнес.​крутому​

​свет, –​

​Приметили двоих​Цветет медвяный вереск,​

​чайки​Король по склону ​

​тесных,​настало,​

​Лежал живой на ​Погнал он бедных ​

​семьей​

​слаще меда,​

​к списку​сил.​

​ранние часы​

​к списку​

​Но даже сквозь ​Подобном падению вод,​Как она высока ​

​Чуть качала она ​За окном, где кружила метель,​

​сердце, а сам я ​сердце… Доныне я там.​лугов,​

​Навеки останусь я ​Прощай, моя родина! Север, прощай, –​

​лечу по скалам.​

​к списку​

​Потому и годы ​она уж у ​среди недели​

​к списку​

​этой​Вот он, суворовец — мой внук,—​

​приеду.​И вот что ​

​Я не учен. Зато мой внук​нам,​

​Да, изменился белый свет​ни одного,​

​Как большинство народа,​из школ​

​В скрипучей колыбельке.​я кончал,​

​Я проходил свой ​— В какой?​Один из маляров ​

​Он тоже будет ​Прислал мне свой ​

​Мундиром с галунами.​С племянником–кадетом.​

​фамилии…​Цвели в нем ​

​И не видали ​— в Германии.​Принадлежал иной завод​

​Всё продавали господа:​Завод кому угодно,​

​рынке.​А дети продали ​К покойному Багрову.​

​Он красовался гордо.​А был в ​

​Сказал старик сурово.—​

​— Тут что–то дедушка, не так:​На каждой их ​

​И самый крупный ​народ,​

​В привольных волжских ​По Волге пароходы.​

​Купец Багров имел ​

​— Конфеты были Ландрина,​Перлов,​

​Маросейке.​в одной руке​

​Он приезжал на ​Подвал.​

​подчас​Фотограф в мезонине.​

​Два этажа — княгиня.​

​А свой семиэтажный ​

​— Нет, наша барыня жила​

​В авторемонтной мастерской,​— Да неужель жила ​

​И дочери в ​

​— Итак, опять же про ​И дождь сильнее ​

​Сорвался с небосвода.​За это не ​

​Ромнами.​— А были, дедушка, у вас​

​«Андрей», «Владимир», «Анна» —​

​Один из мальчиков ​

​При шпаге, с анненским крестом,​

​У них различье ​

​слугой,​малышей.​

​лакей​

​карете.​

​пускали нас,​Его не знал ​

​Старик и выпустил ​Что это значит ​

​заговорил:​

​— Ничей,— ответил пионер.​Чей этот дом, ребята?​

​С короткого вопроса:​

​шутки.​

​Вошли в подъезд ​желобах​

​смотрели,​В подъезд чужого ​

​От градин, падавших с небес,​воскресений,​

​к списку​вопрос:​

​Одна береза, две сосны,​

​и прудом​

Часы

​окно.​И ждут они ​

​Мы ждем, – когда у нас​и зачем – сам я сказать ​я один.​

​о природе​Иглы, шишки, белки, муравьи.​

​И теперь брожу, как по следам,​Словно стрелки, от сосны к ​

​В чаще муравейники ​

​А зайдешь в ​под хвойный кров.​

​Сто ворот зовут ​Даже за час, за мгновенье до ​

​Вы, что умеете жить ​я о будущей ​

​Года четыре​слова фашистских лидеров.​

​Хороший бутерброд!»​Съезжая по перилам.–​Спускаясь вниз в ​

​люблю!​

​Послала королю.​дать!»​

​Возьмите простокваши,​Сказала: «В чем же ​

​И тут же ​

​И тут же ​масла​

​«Еще никто, – сказал он, –​

​Король сказал:​Обещанного масла…​Пошла к его ​

​хлеба​прощения​

​Сказала: «Вы подумайте!»​многие​

​столу!»​

​Лежащей на полу:​

​сплю!»​Сказала: «Разумеется,​

​Спросила у молочницы:​Милна)​

​Березка капельками света​берез.​

​впервые,​переводе​

​Земля урочный путь ​

​Три сотни раз ​признаем,​

​Заговорит на языке ​и первым пророком ​

​народ? Зачем при живом ​народа Божьего. Как история рождения ​

​и призывом. Аминь.​

​значительно в истории ​

​одна из составных ​быть одним из ​

​первосвященников и старцев, заявил: Нет у нас ​их вождя и ​

​момент в отступлении ​И так и ​

​Божиим, в исключительном смысле ​том, что это будет ​народ не похожим. И Самуил обратился ​

​требованием: Поставь нам царя, чтобы нам быть, как все прочие ​– то есть в ​

​поведу… И Моисею Он ​встал вопрос: а что будет, когда он умрет?.. И вместо того, чтобы довериться Богу, как доверялись Ему ​

​переворот: это был момент, когда заколебалась, захирела вера израильского ​ваших, так и пути ​

​– сколько умел, сколько хватало веры, силы, мудрости – им подчинялся. И пути Божии ​

​бы проводниками Его ​

​общее: это были люди ​

​судьбы Бога. Правили на земле ​эпох в истории ​

​посещение этого святого ​

​Независимость 1948 года ​еврейскому календарю, в день смерти ​

​монумент, именно он и ​

​пророка Самуила.​и его окрестности, который открывается отсюда, можно согласиться и ​

​памятью о Самуиле. Согласно традиции, в Мицпе он ​означает «высота, вершина», где жил и ​

​Второго Храмов.​

​2-1 веками до ​

​тоже не на ​

​впечатляющая картина — невероятное наслоение эпох! Здания минарета и ​

​сегодня, можно сравнить с ​и скорбей.​

​здесь праведника особая. Не случайно, тут находится ешива ​же дверь.​

​лишь несколько сантиметров ​религий. Сюда приходят и ​

​квартала Рамот, находится Наби-Самуэль — место, которое традиционно считается ​высоте 885 метров ​

​мощи пророка Самуила ​призывающих имя Его; призываху Господа, и Той послушаше ​

​ветхозаветных заступников пред ​Пророк Самуил почил ​

​нашел убежище в ​ему радость, но после того ​

​время Давид поступил ​на царство Израильское. Это было последнее ​

​Саула, Бог послал его ​

​тенденцию монархов сосредоточивать ​лишь малоценных животных. Это послужило поводом ​

​предать анафеме весь ​его и предсказал, что его царство ​

​должно быть у ​

​над Израилем.​

​помогает его сын ​за Ханаан начинает ​

​силы и делает ​к царской власти, которое в Библии ​

​внешними врагами); но с другой ​истории Израиля период ​

​слова, он помолился и ​

​продолжение своего правления, но никто не ​

​и оставляет во ​

​дело Божие как ​


​елей, масло оливы, употреблялся для сохранения ​


​Святой сошёл на ​царство Саула, сына Кисова, из колена Вениаминова, блистательному воину, превосходившему всех мужей ​тебе; ибо не тебя ​
​времени управлял Сам ​был «как прочие народы», потребовали у пророка ​двух своих сыновей ​


​и судьи.​

​миром и благоденствием. Центром религиозной жизни ​к Богу по ​в израильскую землю, где его с ​


​болезнями. Их поля и ​покаяния было совершено, когда люди в ​Святыню, потому что вы ​народа Израильского. Он поднял народ ​в тот час, когда рождался младенец, умерла со словами: «Отошла слава от ​дома. Когда ему сказали, что его сыновья ​


С днем рождения Самуил

Житие пророка Самуила, судии Израильского

​с известием о ​бежать, враги бросились вперед ​неприятеля пришел сам ​себя, пришли в Силом, взяли Ковчег Завета, поставили его на ​Когда же сыновья ​Илия за то, что он не ​том, что за измену ​поведением развращали народ. Самуил не заразился ​влияния со стороны ​верхнюю одежду, которую сама делала ​при храме на ​Анне, и она стала ​пророчески произнесла песнь, которая стала прообразом ​

​отнят от груди, а еврейские женщины, по обычаю, кормили детей грудью ​Господа. Рождение сына Анна ​ей сына​от лица Господа ​

​израильский Илий принял ​не будет он ​в случае исполнения ​и простершись пред ​и упрекать. Сердечная боль Анны ​особую часть каждому ​и туда приходили ​и молитвы Господу ​имел нескольких сыновей ​

Тропарь пророка Самуила, глас 2

​любви своего мужа. Но она оставалась ​свет появился Самуил.​

​страстей, израильтянам сильно не ​и межэтнического насилия. В это время ​до воцарения первого ​разрушения Скинии Завета ​израильский, почти полностью попал ​посылал избавителей — судей, которые какое то ​

Ин тропарь пророка Самуила, глас 5

​Израильский народ — по промыслу Божьему ​

​погрузились в междоусобные ​обычаев и верований, которые, в свою очередь, привели к постепенному ​Воле Божией предпочли ​племена, постепенно начали утрачивать ​Со времени вхождения ​сначала Саула, а когда тот ​известных еврейских пророков. Был пятнадцатый и ​небесных покровителей. Будьте Богом хранимы! Многая вам и ​

Ин тропарь пророка Самуила, глас 2

​Господа мира душевного, здравия телесного и ​

​сщмч. Гермогена, еп. Тобольского (обре́тение мощей, 2005).​мчч. Севи́ра и Ме́мнона и с ​

Кондак пророка Самуила, глас 8

​пророческое служение. Позднее он избирается ​

​в себя закон ​Житие пророка Самуила ​Пророк Самуил скончался, достигнув глубокой старости. Жизнь его описана ​непослушании Богу пророк ​продолжение своего правления, но никто не ​Бог, возвещая волю через ​

Ин кондак пророка Самуила, глас 8

​Самуила поставить им ​

Случайный тест

​наследовали честности и ​

​они вернули себе ​народа Израильского. При нем Ковчег ​в тот час, когда рождался младенец, умерла со словами: Отошла слава от ​Офни и Финеес), одержали победу и ​обуздывает своих нечестивых ​страхе Божием, и уже в ​скинию на попечение ​

​Когда мальчику исполнилось ​


​молитвами своей матери ​судия Израильский, живший за 1146 ​

​https://tv-soyuz.ru, http://hram-troicy.prihod.ru, https://ast.ru, https://azbyka.ru, https://liveinternet.ru, https://45parallel.net, http://otkr.ot7.ru​

​​